Истины нет

Чуть дальше — конная станция. Подъезды к постоялому двору широкие, повозками и лошадьми не загроможденные. Специальная пара конных гвардейцев из «Красных хлыстов» за этим строго приглядывала. И эти были не чета воротной охране. Выправка, начищенные кирасы, пышные перья. В руках плети со свинцовыми шариками на концах. Таким, если со всего маха ударить, кусок мяса живьем выдрать можно. Солдаты, заметив оборванца, направились к нему с явным намерением отправить другой улицей, но остановились, увидев, что это провожатый.

Видимо, такое тут случалось нередко. Кйорт поблагодарил мальчонку и сунул ему мелкий медяк. По испуганному взгляду понял, что медяк и есть «эти», усмехнулся и добавил еще один.

Стражи внимательно проследили, чтобы провожатый незамедлительно покинул богатый двор, и учтиво указали Кйорту на вход, расположенный в другом крыле здания. Ходящий оставил Хигло на попечение конюха, снабдив того несколькими монетами для мотивации, и прошел внутрь. Следом за ним, угодливо улыбаясь, здоровенный детина тащил его седельные сумки.

«Хлысты» же, заметив притормозившую однолошадную повозку, стремглав устремились туда, помахивая плетьми.

Внутри все было еще лучше, чем снаружи. Стены отделаны кедром и украшены картинами, вышитыми разноцветными нитями на шелке. Кое-где висят древние массивные луки, бронзовые тяжелые мечи с круглыми навершиями на рукоятках. Стоят чистые круглые столики, часть посреди большого светлого зала, часть в уголках, скрытых от прямого дневного света, льющегося в окна.

Между столиков бегают юркие девчушки с подносами. Вдоль стены, напротив окон, длинная стойка.

Несмотря на то, что этот постоялый двор был, несомненно, дорог, народу в нем хватало. Купцы, несколько богатых дворян с дамами или без, четверо зажиточных горожан, с десяток военных, сдвинувших несколько столов и что-то бурно отмечающих, поднимая толстые стеклянные бокалы и выкрикивая тосты, двое смурых мужчин, обговаривающих что-то важное, потому как постоянно косились в стороны, говорили тихо и прикрывали что-то лежащее на столе руками.

На нового посетителя глянули лишь мельком. Подбежала миленькая девушка. Спросила, один ли господин или ждет друзей. Услыхав, что постоялец один и желает отобедать, она указал ему рукой на тихое место в углу зала и убежала в дверь за стойкой. Там, очевидно, находилась кухня.

Кйорт кинул медяк носильщику, тот благодарно улыбнулся, донес сумки до столика и опустил их на пол. Пожелал хорошего дня и, довольный, удалился.