Истины нет

Он взял ключ и, бряцая пластинами бахтерца, ушел вперед.

Лорзан взмахнул рукой. Еще один из его людей быстрее стрелы скрылся в «Акульем зубе», другой подошел, выслушал тихий приказ и направился к конным гвардейцам. Кйорт погладил рукоятку аарка и ощутил дрожь, словно у жеребца, рвущегося из стойла. Он усмехнулся и, направляясь за рыцарем, вдруг снова почувствовал на себе взгляд, как тогда – в Ортуке. Вздрогнули чувства. Ходящий оглянулся. Толпа редела: кто-то шел за ними в «Акулий зуб», кто-то дальше по своим делам.

В толпе десятки глаз, и кто с неприкрытым вниманием сверлил его между лопаток взглядом, определить, не выдав себя, было невозможно. Одно он мог сказать точно. Силу Нейтрали он не ощущал.

«Что ж, мой ловкий наблюдатель, — язвительно подумал Кйорт, — посмотрим, как ты будешь переплывать море».

Он зашел следом за графом в гостиницу.

Глава 12

12.

Внутри Энрих подошел к супруге и тихо переговорил с ней. Женщина послушно присела в книксене и в сопровождении двух охранников и тройки фрейлин вышла во двор.

Глаза ее довольно блеснули, а фрейлины прыснули смешком, потирая руки: наверняка граф позволил им пройтись по торговым рядам и уменьшить пухлость его кошелька. Волнение, нахлынувшее в «Акулий зуб», словно шипящая волна в узкий грот, так же ворчливо откатилось. Посетители снова занимали свои столики. Лорзан лишь взглянул на хозяина гостиницы, и тот, кланяясь подобострастно, приблизился к нему, словно вышколенный пес. «Ему бы хвост, — подумал Кйорт, — он бы завилял».

— Обед мне и господину…

— Кйорт, — подсказал ходящий, выглянув из-за широкого плеча.

— …и господину Кйорту, — приказал граф. — Подать ко мне наверх. И нужна еще одна комната, для графини: ночь я проведу в беседе и не хочу, чтобы нам помешали.

Он бросил в мозолистую ладонь хозяина несколько золотых.

— Я не сильно голоден, — учтиво добавил йерро, — стоит ли беспокоиться?

— Одну смену вместо четырех, деньги оставь, — быстро добавил Энрих, увидев, что владелец гостиницы с сожалением начал отсчитывать сдачу.

Тот от неожиданности вздрогнул — сумма была чрезмерной, — но губы сами собой расплылись в плотоядной улыбке. Он кивнул и бросился выполнять указание, начисто забыв о других постояльцах. Благо для них, что отменно вышколенные подавальщицы не замедлили переключить на гостей свое внимание.