Истины нет

Вспомнил вкус родниковой воды, запах цветочного луга во время цветения, прикосновение мягкого бриза. Вспомнил первую (и последнюю) любовь и ласковые слова матери, когда он тяжело заболел в детстве. Ее колыбельную…

— Он тебя послал Тропой?! — послышался в голове тихий властный голос.

— А? — только и смог выдавить викарий.

— Феррронтарг послал тебя? — в голосе послышались нетерпеливые нотки. — Говори! Загонщики уже недалеко, они чуют тебя.

— Кто? – промямлил совершенно пораженный Илур, но, к его счастью, не растерявшийся окончательно.

— Ходящий! Именем Феррронтарг! Невысокий, с черными волосами. Оружие у него — похоже на кость. Это он создал тебе Тропу? — перчатка на миг потускнела, словно грозя исчезнуть, и до викария долетел нечеловеческий крик боли. — Скоро тут будут полчища загонщиков! Отвечай, или я отпущу тебя!

— Д-да! — закричал викарий, неожиданно осознав, что кем бы ни был обладатель превосходной латной перчатки и располагающего голоса, но он собирается вытащить его отсюда. — Только я знаю его под именем Кйорт.

Секунды гнетущего молчания растянулись для Илура в бесконечность, с каждым ударом сердца преумножая мучительные ожидания и страх.

— Соврал — вернешься сюда, и я прослежу, чтобы не загонщик нашел тебя, а демон.

— Я не лгу! — завопил Илур со всей страстью и убеждением. — Видят Живущие Выше, ради благополучия и процветания епископата и папы Жонфэ не щадил я себя! И этот Кйорт проклял меня! Я не лгу!

— Хорошо. Вряд ли в Немолчании застряло двое ходящих разом.

Рука дернула сильнее, и викарий, как пух одуванчика, срываемый порывом ветра со стебля, слетел с тропы.

После полной черноты даже окружившая его серая краска показалась яркими солнечными лучами, от которых в глазах появляются цветные круги. Илур похлопал себя по лицу. Нащупал нос, попал пальцем в глаз и скривился от боли, дернул себя за ухо и восторженно завыл, наслаждаясь собственным голосом. Буря эмоций переполнила его. Он оглянулся и увидел своего спасителя. Вздрогнул, рухнул на колени и, сложив руки в молитве, тотчас потерял сознание.

* ** *

Волдорт пришел в себя от звука тяжелого шлепка. Приподнял голову. Рядом с ним лежал расплющенный гниловатый помидор.

— Очнулся? — послышался сверху знакомый жесткий голос. — Сейчас тебя выведут, отмоют и переоденут. Его Светлость желает беседовать с тобой.

— Что ж так долго-то? — простонал Волдорт, как ему показалось, тихо, но брат Хэйл, видимо, помимо умения незаметно доставать нож обладал еще острым слухом.

— Сколько надо.