Слуга Короны

Он никак не мог взять в толк, почему король согласился на этот переезд, почему не воспользовался остатками власти и не назначил себе опекуна и, наконец, почему регентом стал именно Тантрин – самый большой жулик во всем королевстве. Лерой мог не сходя с места назвать несколько имен куда более достойных. Себя в это число он не включал.

Палар открыл перед ним дверь, поклонился и, пропустив его внутрь, торжественно объявил:

– Герцог Восбурский, ваше величество!

По рядам собравшихся вокруг постели больного докторишек пробежал ропот.

Король приподнялся на локте.

– Пошли все вон, – проговорил он, его голос был слаб, но еще сохранил оттенок власти.

Врачеватели зашумели и принялись наперебой доказывать королю абсурдность его требования, ссылаясь на то, что ему в любой момент может стать хуже, и если их не будет рядом, то…

– Палар, – голос короля нервно дрогнул, – выстави их! Останься снаружи и проследи, чтоб нам никто не мешал и не подслушивал.

Палар поклонился и принялся махать руками, словно деревенская баба, гонящая гусей на выпас.

Тех, кто не слушался или мешкал, он подгонял пинками.

Пока слуга исполнял приказание, Лерой рассматривал короля. От того, каким он его помнил, не осталось и следа. Болезнь извела высокого, статного человека с властным взглядом и легкой проседью в волосах и превратила его в высохшего, дряхлого старика. Совсем седой и бледный, ввалившиеся, полузакрытые глаза, морщины, наползающие одна на другую. Некогда аккуратно подстриженная борода свалялась и превратилась в копну длинных спутанных волос.

На голове волосы совсем вылезли. Густые белые брови изогнулись дугой, отображая страдания своего хозяина, а лоб прорезали вспухшие вены.

– Жалкое зрелище, – пытаясь улыбнуться, сказал король, – не спорь, я знаю. Но ничего, теперь у меня есть Палар, и он-то уж наведет порядок. – Монарх закашлялся, отхаркнул и сплюнул на пол. – Поди сюда, мальчик мой, возьми стул и сядь! У нас с тобой будет долгий разговор.

Герцог поставил стул у кровати и, сев, наклонился к королю.

Вблизи монарх выглядел еще хуже: щеки впали, глаза выцвели, в носу и вокруг него засохли капельки крови.

– Как твои родители, Лерой? – спросил монарх довольно громко.

– Спасибо, здоровы. – Герцог удивленно разглядывал на глазах меняющегося короля.

– Им повезло, что у них такой сын. У меня не сын, а недоразумение. Черти бы его взяли. – Король умолк и, засмеявшись, продолжил: – Вот беда-то, черти меня раньше возьмут. Мой сынуля – недоумок.