Слуга Короны

– Зачем звал? – спросил маршал, наливая вино в серебряный кубок.

– У меня к тебе дело есть. – Лукер сел напротив. – Я не хочу тут умереть, а ты, я думаю, не будешь выбирать метода, каким погонишь нас отсюда.

– Не буду, – улыбнулся маршал.

– Мы воевали вместе с тобой, и ты знаешь, что я не трус, – продолжал воевода. – Но моя жена беременна, да и сам я устал от всего этого. Я не хочу служить ни Паару, ни вам. Я хочу умереть спокойно.

– Твоя жена беременна, а ты тут развлекаешься, – засмеялся маршал. – Как же тебе не стыдно.

– Он картинно покачал головой.

– Стыдно, Архарег, стыдно. Но ты же видел ее. Ты видел, какая она!

– Да знаю я, какая она, и знаю, кто она, – пожал плечами маршал. – Значит, ты хочешь, чтобы я вытащил тебя отсюда?

– Хочу! – закивал воевода. – Очень хочу.

– А как же твоя жена?

– Я ее переправил в Магрок. У нее там родственники.

– Ладно, допустим, вытащим мы тебя отсюда. Но только такая операция денежек стоит или чего-нибудь еще. Есть чем расплатиться?

– Есть, – улыбнулся воевода.

– Вот, держи эти бумаги как жест моей доброй воли. Интересные бумаги и очень важные.

– Вижу! – Маршал быстро пробежал бумагу глазами. – Только вот что, ты же не хочешь, чтобы тебя все считали предателем. По глазам вижу, не хочешь. Тогда мы тебя выкрадем.

– Как выкрадем? – округлив глаза, спросил Лукер.

– Вместе с бумагами, – пожал плечами маршал. – Или так, или никак.

– Но мои люди… – Воевода предпринял слабую попытку сопротивления.

– Ты собираешься их бросить, чтобы спастись самому, и все еще печешься об их здоровье.

Какое тебе теперь до них дело? Ты или соглашаешься на мое предложение, или умираешь со всеми остальными и твоя женушка будет оплакивать тебя, растя сироту. Выбор за тобой.

– Согласен, – вздохнул воевода.

– Только подождать тебе малость придется. Но ты не трясись, мы все сделаем в лучшем виде, – засмеялся маршал и ушел.

Воевода задумчиво глядел на колыхающийся полог шатра, за которым только что скрылся маршал Архарег. Воеводе не нравилось, как быстро и легко согласился маршал, и еще меньше ему нравилась та маленькая военная операция, что задумал Архарег.

Нет, что-то тут нечисто, темнит маршал.

Шепот подняла на остановившегося возле нее монаха томный взгляд и, ухватив его за руку, поцеловала перстень на его пальце.

– Негоже тебе, дочь моя, – прогудел монах, – заниматься тем, чем ты занимаешься. Негоже. Дело женщины рожать детей и заботиться о муже. Ты грешна, дочь моя. Грешна. Грехи твои тяжки. Но я могу тебя исповедать.