Перевозчик 2

Вино оказалось неожиданно очень вкусным и терпким. Бокал тут же наполнили снова. Тайгария решила поухаживать за мной. Она положила на блюдо горку дымящегося мяса, немного зелени, пару кусочков хлеба и поставила все это великолепие передо мной со словами:

- Ешь, набирайся сил. Мужчине нужно есть много мяса.

Сама она отщипывала по одной ягоде от крупной кисти винограда. В летней ночи, при свете звезд и отблеске костра она выглядела очень загадочно и соблазнительно. Ее высокая грудь отчетливо выступала сквозь шелковую ткань рубахи.

Я судорожно сглотнул, поспешил приступить к еде.

Потом мы снова пили, поминали погибших. Пили за меня, за девушек, за что-то еще, о чем я весьма смутно помню. Вино оказалось на удивление забористым напитком. А затем я попросту вырубился.

Очнулся я в полной темноте от прикосновения женских рук к своему телу. Сладкие девичьи губы, пахнущие вином с силой, впились в мои. На меня навалилась приятная тяжесть обнаженного женского тела. Я инстинктивно прижал к себе девушку.

Руки сами собой обхватила упругие полупопия, принялись мять податливую плоть. Сквозь затянувшийся поцелуй послышался сладостный стон незнакомки. Все еще затуманенным от вина сознанием, я никак не мог определить кого же я сейчас обнимаю. К тому же сейчас думала другая голова. Как говорил один семейный психолог видео, которого я случайно посмотрел на ютубе: Мужчине, чтобы переспать с женщиной, не обязательно знать ее имя. Для него в первую очередь важен облик партнера.

Поэтому я решил следовать советам профессионала и не париться по этому поводу.

Тем более, что сейчас на это не было времени. Меня целовала шикарная женщина. Мне нравился ее сладкий запах. Мне нравилась ее шелковистая кожа, которую я с удовольствием ласкал. Нравился ее напор, грация, томные стоны.

Мы, постоянно целуясь, перекатились на ложе. Я оказался сверху. Вдвоем в четыре руки мы освободили меня от одежды. Сильные длинные ноги тут же оказались у меня на пояснице. Своим вздыбленным естеством я почувствовал горячий жар женского лона.

Я не успел насладиться этим сладостным чувством, когда меня, словно объезженного жеребца, пришпорила моя наездница.

В момент проникновения мы оба застонали. Я до упора проник в самый центр женского естества, замер. Мне снова не дали насладиться моментом. Сильные ноги повелительно стали задавать темп.

Вскоре я уже сам, без подсказки вонзался в двигающееся мне на встречу тело. Наши тела как безумные двигались в унисон.