Сын Демона. Интервью с Истиной

К нам слаженно, со всех сторон бросились ребята в коричневой форме Гильдии, за ними следом крепкие парни в цветах Коалиции — без лишнего шума, быстро и практически молча. Это было красиво ровно несколько секунд. А потом первые ряды бегущего неприятеля мягко встретил кровавый туман Рокассиодрии.

Абордажники нашего судна, не став дожидаться гостей, синхронно подняли маски респираторов и лавиной хлынули на палубу вражеского судна, вгрызаясь в ряды противника со скоростью и точностью акулы в косяке тунца. И, заглушая лязг стали и грохот выстрелов, загудела-запела наша девочка, окутывая борта белесой дымкой нетерпения.

А вокруг, постепенно набирая обороты, бесновался шторм.

Я ухмыльнулся, обнажая клинок, обернулся на капитана и, не найдя того на месте, ласточкой слетел с мостика. В несколько секунд пересек палубу и, сиганув через борт, врезался в гущу сражения. Мягко отвел саблей неприятельский клинок и, наотмашь полоснув нападавшего поперек горла, жестким ударом сапога в грудь швырнул обмякшее, исходящее кровью тело в туман.

Гул на мгновение усилился, раздался треск костей, раскатилось по палубе удовлетворенное шипение Джаррхи и все стихло, лишь пелена вдоль борта Рокассиодрии окрасилась в алый цвет.

Практически сразу мое движение повторил Боцман, отправивший на корм демону сразу двоих бойцов, неосторожно сунувшихся к нему в рукопашную. А вскоре и остальная команда, освоившись на незнакомой территории, вспомнила о правиле Жатвы и раненые и истекающие кровью противники посыпались на Рокассиодрию градом.

Риор, коршуном спикировавший на атаковавшего Элоиз боцмана Химеры, не остался в стороне — стальным росчерком запели в воздухе клинки, полыхнули фиолетовым глаза и тело бойца, зажимая рукой разорванную шею, медленно побрело в сторону тумана и повалилось туда, как в уютную постель. Ликвидатор коротко подмигнул мне, подпрыгнул вверх и исчез.

Сколько продолжался бой, сказать было крайне сложно — в горячке сражения уследить за чем-то, кроме действий противника и местоположения наших бойцов возможным не представлялось.

И именно поэтому я — да и не только я — крайне опешил, когда в рядах неприятеля наметился раскол и часть людей шарахнулась в разные стороны, пытаясь спустить на воду шлюпки или просто сигая за борт с дикими, истошными криками:

— Бьоннашши — кровопийца! Корабль — вампир! Мы прокляты, все мы прокляты! Спасайтесь!

Я изумленно переглянулся с Фраем, как раз швырнувшим в туман очередного бедолагу.