Сын Демона. Интервью с Истиной

Любого же, кто попытается меня обмануть, ждет наказание… — он грустно покачал головой и поднял на меня удивительно молодые глаза, — Ты пришел сюда, будучи мертвым и тот, кто привел тебя, просил вызволить тебя из объятий Смерти. Я исполнил его желание. Но его обман повлек за собой ужасные последствия, малыш Риор и маленький мерзавец знал об этом.

Я растерянно опустил оружие:

— Что вы имеете в виду? Какие последствия? Кто меня привел? — в голове на миг мелькнули янтарные глаза, глядящие сверху вниз и уверенный голос «Переменные остались теми же…».

Учитель!

Мужчина степенно кивнул, отвечая на мой немой вопрос:

— Да, парень, верно. Твой учитель решил, будто он способен обмануть меня. Теперь он попался в свою же ловушку и вряд ли найдет оттуда выход. Ибо закон гласит, обманувший Стража сам становится Стражем Хранилища и пути назад нет, — с этими словами он плавно взмахнул рукой, и стена слева от меня вдруг стала прозрачной, словно стекло.

Он был там один, в стеклянном кубе, без единого предмета мебели. Стоял, привалившись к дальней стене во внешне расслабленной позе — глаза закрыты, лицо чуть запрокинуто кверху, руки скрещены на груди. Лишь желваки, едва заметно двигающиеся на скулах и костяшки пальцев, побелевшие от напряжения, выдавали степень раздражения, в коей пребывал Учитель. Терр Лиадо коротко и грустно рассмеялся и окликнул его:

— Деметрий! Ну хватит злобиться, взгляни сюда, мальчик! Ты увидишь кое-что интересное!

Не открывая глаз, Дэм насмешливо оскалил клыки:

— Что интересного для меня в твоей, уже успевшей мне надоесть, особе, Лиадо? — но глаза все-таки открыл.

Небрежно окинул взглядом комнату и, остановившись на мне, судорожно дернулся, — Риор? Он — галлюцинация, я полагаю?

Терр Лиадо покачал головой, весело сощурив глаза, и обратился ко мне:

— Парень, ну что же ты замер, как статуя? Тебя вон уже глюком считают вовсю… — глаза мага смеялись, но лицо оставалось строгим и серьезным.

Я вздрогнул и сделал шаг навстречу стеклянной клетке. Учитель смотрел на меня пристально, словно пытаясь прикоснуться взглядом сквозь преграду.

Я улыбнулся, неуверенно пожав плечами:

— Это я, Мастер. Я живой, вроде. Не совсем понял, как, но живой…

Он нахмурился и в два шага пересек расстояние до разделяющей нас стены:

— Татуировка не исчезла.