Сын Демона. Интервью с Истиной

Корабль разрезал волны со скальпельной точностью и остротой, едва заметно закладывая влево и даже моим глазам постепенно открывался сумрачный остров, точно еж иглами, усыпанный различной высоты и ширины постройками. А Рокассиодрия, медленно сбавляя скорость, приближалась к крупной пристани «Холодный луч», с комфортом расположившейся в бухте Трайтар — самой большой и удобной пристани острова.

Насколько я помнил рассказы отца и его друзей, Терра-Въярца пользовался у островного народа дурной славой, хоть и был максимально удобным в плане местонахождения и расположения портов.

Поговорка: «Хочешь найти то, чего не бывает — держи курс на Терра-Въярца» была правдивой на сто процентов — огромное количество рынков, торговых лавчонок, перекупщиков, десятки таверн, баров и «домов наслаждения» делали остров притягательным не только простому морскому волку, но и тем, кого в народе шепотом называли «морскими дьяволами», а в лицо уважительно звали «охотниками за удачей» И последних к пристани острова швартовалось очень и очень много.

Вот и сейчас у пристани покачивались, словно танцуя на легких волнах, несколько боевых красавцев-фрегатов со аккуратно собранными парусами. А впереди нас спешил, забирая чуть правее, крошечный двухмачтовый кораблик, не то торопясь скорее пристать, не то драпая от Рокассиодрии на всех парусах. Я облокотился на левый фальшборт, вглядываясь во флаг крохотного смельчака и присвистнул. Остановившийся рядом Боцман поднял к глазам бинокль и хохотнул:

— Ты удивишься, ассистент, но это пираты!

— Серьезно? Значит не показалось… Можно взглянуть? — я вопросительно посмотрел на моряка, однако, не протягивая руки к прибору.

Тот кивнул и сам вложил бинокль мне в ладонь.

— Тебе, приятель, много чего можно теперь, — улыбнулся он и вновь вгляделся в улепетывающего кроху.

Я вскинул аппарат к глазам — светлое дерево обшивки, кажущиеся хрупкими мачты, аккуратные петли и линии снастей, светло-бежевая ткань парусов и черный флаг с изображением золотой змеи, гневно раздувающей клобук.

Действительно, пираты — черное полотно флага испокон веков принадлежало именно их братии. Каким бы не был символ в центре, но изображен он у пиратов всегда на черном фоне.

Изумленно покачав головой, я вернул боцману бинокль. Мужчина с легкой усмешкой наблюдал, как мчит по волнам храбрый кораблик и о чем-то думал. Руку мою, однако, заметил и перехватил.