Сосуд Апокалипсиса

А переться тёмным через весь лес, чтобы поживиться тухлой рыбой, как минимум странно. Меня учили борьбе со злом с самого детства так что начать путь героя с поимки некроманта неплохая идея. Может старейшины тогда поймут, что я не представляю угрозы.

Так и родился у меня в голове план. Я даже заулыбался своим мыслям, чем озадачил стражника, явно считающего, что в упоминании тёмных сил нет ничего веселого.

– А он тоже хочет стать героем?– осторожно спросил тот у девушки, и получив утвердительный ответ сразу успокоился, – Ну тогда понятно.

Служивый с сочувствием посмотрел на меня. Действительно, на фоне Лии я смотрелся прям совсем жалко, несмотря на постоянные тренировки особо размерами я не отличался. В пути я рассказал девушке и остальным, что хочу стать героем, после прокола знаний об яде паука. Вроде и не соврал, да ещё и объяснил свою осведомленность.

Тем временем другие стражники уже проверили фургон. Возникли вопросы по поводу кинжалов, которые мы забрали у бандитов, но Ранаг быстро разобрался с этим.

Сверкнуло серебро и поток глупых вопросов сразу прекратился. Да уж, с таким подходом удивительно почему у них некроманты не входят в город, как к себе домой.

Мы вошли в город и в нос ещё сильнее ударил запах рыбы. Прилавки с уловом стояли почти на входе в город. Только вот за ними никого не было. Пару тухлых рыбёшек лениво клевали жирные чайки. Сами же лавочки прогнили, словно город давно заброшен. Тоже самое касалось и домов.

Деревянные хибарки производили впечатление, что там никто не живёт, и несмотря на то, что был вечер, в окнах не горел свет.

– Здесь всегда так людно? – спросил я с сарказмом.

– Нет, как правило торговля идёт полным ходом даже ночью, ведь часто сюда с островов приходят новые товары. Обычным обывателям конечно не хочется лезть в эту глушь, а вот перекупщики, такие как я, крутятся здесь постоянно, – ответил Ранаг.

– Похоже из-за недавних происшествий люди даже на улицу выходить бояться, – сказала Лия, – Я выросла здесь, и такое случается только в периоды полнолуния, когда морской народ заводит песни с моря, чаруя людей и уводя на пир к богу Моркену.

Вид пустых улочек всё больше удручал. Грязь под ногами неприятно чавкала, но и это было лучше, чем гнетущая тишина вокруг. Казалось город совсем вымер. Мы прошли мимо площади, где стояла единственная достопримечательность Лароса. Статуя плачущей сирены.