Новая жизнь в параллельном мире. Том 1

Бенедикт показал другу ладонь, прося небольшого отдыха. Отдышавшись, он угрюмым голосом повторил сказанное ранее:

– Мою сестру посадили в тюрьму.

– За что? – встал со стула Камиль. – В чём её обвиняют?

– Говорят, что она убила человека. Но этого ведь не может быть! Её подставили! – гневно ударил по столу Бенедикт.

– Успокойся, друг, успокойся. Злостью здесь не поможешь. Нам следует во всём разобраться, – предложил юноша. – Где её держат?

Тюрьма была одним из нескольких зданий, составляющих целый комплекс, связанный с городской стражей.

Недалеко от неё находились административное здание, жилые корпуса с казармами, склады и другие объекты. Вся огромная территория была огорожена высоким кирпичным забором.

В тюрьме было мрачно и сыро. На стенах были видны зеленовато-коричневатые подтёки, точный цвет которых было трудно определить из-за скудного освещения. С потолка в некоторых местах капала вода. На холодном каменном полу было несколько луж, которые с каждой новой каплей медленно, но верно увеличивались в размерах.

Это было ужасное место, в котором было очень душно. Воздуха было катастрофически мало, его не хватало, чтобы можно было дышать полной грудью. Камиль подумал, что причиной этому было то, что коридор, по которому он шёл вместе с Бенедиктом, находился под землёй. Почему при строительстве тюрьмы сделали именно так, а не иначе, он не знал. Возможно, это было сделано для того, чтобы снизить вероятность побега, ибо ослабленный и истощённый тюремной едой человек не сможет быстро взобраться по лестнице и добежать после этого до выхода.

Бесполезно было гадать об этом. Тем более, что перед юношей стояла другая задача, которая требовала обращать внимание на себя.

Длинный подземный проход закончился. Два друга поднялись по ступенькам, снова оказались на уровне земли и повернули в крыло, где находились заключённые. Проходя мимо камер, Камиль увидел в них небольшие зарешечённые окошки, через которые внутрь попадал дневной свет. Однако он вовсе не радовал, а удручал.

Некоторые люди, видя проходящих мимо, подходили к двери и просовывали руки в пространство между толстыми прутьями, которые никто не мог согнуть.

Жалобными голосами они просили освободить их. Некоторые, особо отчаявшиеся, просили побыстрее их казнить, чтобы больше не терпеть невыносимой жизни в тюрьме. Другие же, словно безумцы, хлопали в ладоши, стучали по решётке, кричали, плакали, разговаривали с невидимыми собеседниками, обитавшими только в их лишённых рассудка головах.