Наследники империи

Тангендерг взглянул сверху на девушку, шагавшую рядом с лошадью, и спросил:

— Скажи, зачем ты таскаешься за мной по пятам? Только не повторяй свою чушь, что хочешь стать воином.

— Это не чушь, — обиделась Коринта. — Разве мало было женщин-воительниц?

В глазах Тангендерга появилось насмешливое любопытство:

— И сколько же их было? Назови хоть одну.

— Ну-у, — Коринта задумалась, сморщив нос, потеребила подбородок, поскребла в затылке. — Ну, были же! Наверное. Чего ты пристал?!

— Ваше дело — рожать детей, стирать белье и варить кашу, — отрезал Тангендерг.

— А ваше?! — с вызовом спросила Коринта. — Воевать?!

Тангендерг покачал головой:

— Дело мужчин — содержать дом, заниматься ремеслами, пахать землю, воспитывать детей… Война — занятие для лентяев, глупцов и негодяев, неспособных сделать что-то путевое своими руками. Для тех, кто может только разрушить и отнять то, что создано другими.

— Тогда кем считать тебя? — язвительно поинтересовалась девушка.

— Дома у тебя нет, землю ты не пашешь…

— Считай, кем хочешь, это твое право, — безразлично ответил Тангендерг. — Ты же почему-то прибилась ко мне. Почему?

Коринта вздернула голову, дождалась, пока Тангендерг снова посмотрит на нее, и, глядя в глаза кадангу, серьезно сказала:

— Ты надежный.

Тангендерг отвел взгляд. Некоторое время Коринта шла молча, затем спросила:

— Скажи, зачем ты полез в горы? Ты ведь знал, что можешь там погибнуть. Что ты пытался доказать своим упрямством и кому?

Тангендерг отозвался не сразу.

Коринте даже показалось, что вопрос, как это часто бывало, останется без ответа.

— Это был мой последний страх, — медленно произнес он, наконец.

— Не понимаю тебя.

— Человек слаб ровно настолько, насколько сам себя считает таковым. Тот старик в капюшоне бросил мне вызов, обвинил меня в слабости. Я ведь действительно в свое время не смог сделать то, что сделал Хорруг. В ту пору, когда я достиг предгорий, Хорруг уже ушел оттуда и мне не было нужды подниматься в горы.

Но я поднялся. Местные горцы в одном селении предупредили, что на вершине любого ждет смерть. Может быть, именно это заставило меня остановиться перед мостом. Я не пошел дальше, так и не узнал тогда, куда и зачем ходил мой враг. Можно сказать, что я наконец преодолел свою слабость, свой страх. Теперь я полностью уверен в своих силах, уверен в них и мой противник.