Помойная крыса. Некромант

Невольно я беру «Гусеву» на заметку – делаю в памяти зарубку. Вдруг, и правда, припрет жизнь – окажусь совсем на мели. Пара ночей с мающейся рядом с опостылевшим мужем соседкой могут и финансы мои поправить, и удовольствие принести.

Я прохожу мимо магазина, где торгуют разной снедью. Запахи – сногсшибательные. Но и цены на вывесках не менее сногсшибательные – двадцать челей, тридцать челей. Да я на 10 челей в день питаюсь! Смотрю, как богатые горожане покупают вкуснятину – и слюни пускаю. Пятнадцатилетнее тело поесть любит – тут уж ничего не поделаешь.

Когда я был в своем, сорокалетнем теле – пусть и красивом, пусть и тренированном – есть почти не хотел. Бывает, за целый день пару яблок схрумкаешь – и все. Даже к доктору подумывал обратиться – не болен ли. А тут вот аппетит просто зверский! Но денег нет.

Стою у витрин, чувствуя себя гоголевским капитаном Копейкиным.

- Эй, ты, крыса помойная, а ну пошел отсюда, нечего у витрины маячить!

Здоровенный чернокожий охранник направляется ко мне.

Да что ж они за манеру такую взяли, меня отовсюду шпынять! Я ведь и обидеться могу и кинжал вогнать в глотку по самую рукоять. Но - не сейчас! Пока надо терпеть, малыш Бруно, надо терпеть!

Поворачиваюсь и улепетываю от негра, ловко огибая прохожих. Попробуй догони.

Охранник, конечно, и не думал преследовать меня. На кой черт ему сдался нищий парнишка из трущоб, остановившийся полюбоваться на витрину с аппетитной жратвой? Таких, небось, в день немало бывает. Задача охранника – прогнать прочь оборванцев, чтобы не портили своим затрапезным видом людям аппетит.

Перехожу на шаг. Дома здесь даже побогаче, чем в том районе, где живет Эмелина. Движутся по брусчатке красивые экипажи, прогуливаются дамы со своими кавалерами. Интересно, знает эта часть Истона, что в Припортовом районе люди с помойки харч добывают? Да знают, конечно. Не было бы той нищеты, не было бы и этого богатство. Все взаимосвязано. Сообщающиеся сосуды.

Я вижу впереди двух стражников. Здоровенные, загорелые молодцы с длинными копьями в руках.

Таким лучше на глаза не попадаться. Сворачиваю с большой улицы на малую. Вскоре выхожу из богатого района, оказавшегося отнюдь не большим, в район победнее. Но и здесь весьма многолюдно. Мужчины, женщины, дети – все что-то делают, куда-то спешат, что-то тянут на спинах.

Прохожу еще сотни три метров, и меня обволакивает теплый морской воздух. Я вижу синюю гладь, вижу пристроившийся у извилистой бухты порт с большим рынком.