Путь огня.

Мы дошли до двухэтажного дома с оранжевыми стенами и коричневой дверью и чёрными окнами, которые отличались от соседских, а с трубы на крыше выходил чёрный дым. С виду здание было приличным и богатым. Андромеда слезла с лошади, сняла седло со скакуна и вошла внутрь дома.

— Прошу, — пригласил нас Испид.

Мы вошли в очень жаркую комнату, которая было захвачена чёрным дымом. Повсюду были разбросаны стеклянные сосуды с разноцветными жидкостями, а посередине комнаты был стол. На нём расположили огромный чёрный котёл с двумя ручками, с помощью которых он нависал над огнём.

— Севилья, это моши гости. Прими их как надо, — отвлёк от экспериментов Испид юного алхимика.

— Хорошо, отец, — наудивление мягким и нежным голосом ответила девушка в чёрной рубашонке и коричневых до бёдер шортах, которые показываю стройность её ног. На лбу у неё были натянуты очку с большими линзами в позолоченной оправе, а на голове с обеих сторон свисали светлые косы.

Нас поместили на втором этаже, где было чище и свежее.

Комната была общая, но сейчас в оранжевой коробке, в которой находились две койки и раковина с зеркалом кроме меня никого не было. Я подошёл к единственному окну, который выходил на главную дорогу. Две знакомые женские фигуры примеряли уже знакомое розовое платье.

— Как же она красива, — вырвалось у меня, когда я разглядывал рельеф тела Андромеды.

— Вы о ком? — послышалось сзади, а, резко повернувшись я увидел Севилью, от которой исходил жар. У неё в руках был поднос с фруктами и два белоснежно чистых полотенца.

— Я... э... ни о ком.

— Да не стесняйтесь. Я понимаю вас. Как же не влюбится в такую красавицу, — сказала она, подойдя к окну.

— У неё красивые волосы.

— Не то слово.

— А осанка как у аристократки.

— Даже если не так, она идеальная.

— Такому смеху позавидует каждая девушка.

На секунду я понял, что она описывает Элизию, потому что именно она смеялась в данный момент. Мне стало жутко неловко, и я покраснел.

— Видно, что влюбился, — продолжала она.

— В чём-то ты права.

— Ладно отдыхай. Я зайду попозже, — с этими словами она удалилась из комнаты, и я остался один со своими мыслями.

Медленно и безвозвратно я засыпал со словами того гнома, которые кружились у меня в голове.

— Ричард нет отпускай!

— Передай другим, чтобы не отпускали щит, — кричал главнокомандующий.

— Фистилия, неееет!

Шум, огонь и чёрные молниеносные тучи, которые находились повсюду.