Не такая как все! Путь домой

Может, это гормоны? Да вроде подростковый период прошел и половое созревание тоже, которое, надо отметить, я выдержала стойко, так никого и не пустив в койку — как-то не очень хотелось, хоть и претенденты были настойчивы. Единственное, что это, в человеческом облике, все позади, а как оно бывает у драконов — кто знает! Деда, ты где? У меня родилась куча вопросов!? Пока я размышляла, меня уже внесли в самолет и усадили на постельку. У меня внутри все екнуло и загорелось огнем при виде сильного, мускулистого тела парня, ко всему прочему еще и мокрого.

Я даже облизнулась. Миф, похоже, заметил это и мой изменившийся взгляд.

— Ты в порядке? — Он присел на колени рядом со мной.

Боже, зачем он это делает, я зажмурилась и опустила голову.

— Что с тобой? Ты меня пугаешь, — он отодвинул мои мокрые пряди волос, чтобы взглянуть мне в лицо, но вместе с этим неизбежно обнажил мои аппетитные формы. — Извини, — быстро сообразил он и отошел.

Я поспешила лечь и накрыться одеялом, чувствуя, как приливает жар ко всем частям моего тела, распадаясь сладкой негой где-то внутри, глубоко внутри.

Миф был симпатичным парнем, более того, красавчиком и сейчас почему-то вызывал во мне страстное желание, но все же отсутствие любви меня останавливало. Мне хотелось чего-то еще, каких-то других ощущений, нежели только инстинктивных, чтобы я сразу могла смело заявить: «Вот, он мой!». А этот порыв был настолько неестественным, что даже противно стало от себя самой. Я как одурманенная или привороженная, лишившаяся собственной воли и разума.

— Знаешь, Люся. Когда я впервые увидел тебя… — вдруг заговорил он, ложась неподалеку, у окна. — А ты, кстати, помнишь, как мы познакомились? — неожиданно спросил он.

— Нет… — почему-то соврала я, — Не совсем.

— А я помню. Как мы с ребятами играли и вот, в один прекрасный день, он привел тебя. И посоветовал любить и жаловать.

— Кто?

— Алекс, кто ж еще!

— Да?! Что-то не припоминаю, чтобы он так сказал.

— Именно так, и еще добавил: «А то будет худо для здоровья», — и так злобненько для убеждения улыбнулся.

Мы тогда только-только начали играть и ни разу не выступали нигде.

— Да ну! Не замечала за ним злобных улыбок, обычно это мой конек, — усмехнулась я, поворачиваясь лицом к Мифу.

Меня вроде бы отпустило, и теперь ощущала привычное чувство к нему как к другу, нет, скорее, как к старшему брату. А он лежал, заложив руки за голову, и глядел в потолок.

— Ну, дак вы прямо близнецы, за столько лет, проведенных вместе, слились практически воедино.