Воля хаоса. Темные души

– Альбрехт, слушай внимательно, сейчас Юрген покажет, где сидят светляки, мочишь всех кроме одного, последнему ноги переломай, мне нужен живой язык, понятно?

- Крушить черепа, - устрашающе произнес воин хаоса, хватая в руки свой молот.

- Элион, секрет твой, постарайся взять его тихо и живым! – обратился к эльфу.

- Я попробую, но мне нужна подстраховка, - несколько стушевался эльф. – Лук мое основное оружие, руками я работаю плохо.

- Я пойду с тобой, чуть что помогу, - скривился я, было правильным оставаться с основной группой.

Двигаться позади Альбрехта и контролировать именно его, но сейчас по-другому нельзя, в отряде всего один боец, за которого можно не волноваться!

Мы с эльфом тихонько находились в засаде, в десяти метрах от секрета, часовой сидел неподвижно, возможно задремал, но я решил, что лучше не рисковать, и ждал пока Юрген приведет Альбрехта к их логову, вот тогда и отправлю эльфа. С помощью сенсорных способностей, хорошо видел кто где находится, время для начала акции хотелось подобрать идеально.

Пальцами вертел пару метательных ножей, если длинноухий провалиться нужно будет резко вступить в игру.

Все, пора, буквально через несколько мгновений, Альбрехт ворвется в землянку, поднимет шум и крики. Элион знал, где располагается секрет, тем более ноги часового, торчали из-за ствола широкого дерева, эльф подкрадывался с целью зайти из-за спины.

В двух шагах от секрета, под ногами эльфа раздался оглушительный сухой щелчок, эльф непонимающе замер, смотря себе под ноги.

Длинноухий упустил момент, высокий быстрый светляк выскочил из-за дерева, и отвесил мощный удар кулаком в лицо, эльф не успел среагировать, сваливаясь как подкошенный:

- Тревога, нас окружили.

Только после этих слов метнул, пару ножей, уж больно он занял для меня неудобную позицию, что заставило сместиться, тратя драгоценное время. Первый нож попал в руку, второй точно в глаз, мгновенно убивая светляка. Я подбежал к эльфу, ему хватило одного удара, все лицо было в крови, нос свернут, но вроде он жив.

Со стороны землянки, все еще доносились звуки боя, страшные крики и радостный рев Альбрехта. Я поспешил туда, в надежде, что успею спасти жизнь, хотя бы одному языку. Верилось слабо, что Альбрехт запомнил мою просьбу, оставить одного в живых.

Когда спустился, в небольшой земляной бункер, стены которого, к моему величайшему удивлению, были облицованы камнем. Увидел реки крови и множество мертвых тел, у некоторых отсутствовала голова.