Воля хаоса. Темные души

Сами цепи мне не порвать, и не вырвать их из стены, без помощи инструментов или Альбрехта тут не обойтись. И зачем тюремщику такая толстая связка тюремных ключей? Если кандалы качественно заклепал кузнец, а камеры закрывать вообще нет никакого смысла, для статуса? Или чтобы греметь ими, прохаживаясь по коридору, действуя на нервы заключенным?

Общая ситуация, мне не нравилась, у их группы был приказ, найти промышляющий в пустыне орден, и понять, что им здесь надо? Но у ордена оказался боевой прелат, он один справился с хаоситами, и взял в плен живьем.

По словам Улы, именно так звали хаоситку, у них был сильный отряд, все имели ранг «воин», а Самаил их лидер, ранг «зверя». Все боевое крыло ордена, они бы раскидали, при этом особо не вспотев, и даже имеющий сан паладина приор, не смог бы им в этом помешать, но прелат размял их как щенков, он высшая лига. Сейчас же, на них испытывают артефакты, в частности один, который и оставляет, на телах страшные ожоги, и не позволяет коже регенерировать.

Напоив хаоситку, я попросил ее не отсвечивать, пообещав, их скоро вытащить, нужно было проверить последнего, их лидер ранга «зверь», сейчас находился в самой лаборатории. Выглядел он не важно, у него не было рук и ног, не знаю это предосторожности или часть эксперимента. У него почти не было здоровой кожи, вся она распадалась, демонстрируя все, что должна скрывать. С такими повреждениями даже хаосит, не должен жить, его растрескавшееся лицо, скрывала гримаса мучений, глаза заплыли розовой субстанцией, он с трудом втягивал воздух, через стиснутые от боли зубы.

- Брат, ты должен их вытащить, - прохрипел он, как только я вошел в лабораторию.

- Тише, я вас всех вытащу, - ответил я, приподымая его голову чтобы напоить.

- Убей меня, у меня больше нет сил терпеть, - чуть громче добавил он.

- Терпеть, тебе еще придется много, и убивать я тебя не буду, это гарантирует мне штрафную мутацию, - серьезно заметил я.

- Урод, ты даже не представляешь как мне больно, - рычал хаосит.

- Давай успокоимся и попьем водички.

Поставив на ближайший стол кружку, наполнил ее не разлив ни капли. Перед тем, как приподнять голову раненому и помочь ему напиться, кружка выскользнула из моих ослабевших пальцев, и глухо стукнулась о каменный пол:

- Черт, сюда спускается прелат.

Боевому прелату принадлежала самая сильная аура в лагере, она уже спускалась по ступеням казематов, видимо за мной, черт, вот это провал.