В Огне

— Разве Боги-Протекторы не учат нас тому, что заблудшее чадо надобно прощать? Как там было писано в Первой Книге? «Кровью большей уже пролитую кровь не смыть и не возвернуть, так же, как и вино на скатерти вином не оттереть, но лишь словом благим да верой в Их мудрость смываются пятна алые на картах истории».

— Вы, ваше архимагичество, занимайтесь своей магией, — буркнул кардинал. — А заветы Их учений оставьте тому, кто в этих заветах разбирается. Там, где не работают посылы Защитника и Целителя, на помощь приходит Судья: «Бешенство ласковыми речами не излечить, как и блуд — молитвой».

— Хватит уже бухтеть, господа хорошие, — прервал спор маршал Колоносс. — Всё равно ничего поделать сейчас мы не можем. Последуем примеру простого солдата: «дело есть — делай, дела нет — отдыхай». Дождёмся известий. 

          Удивительно, но слова старого вояки подействовали. Наконец, в двери зала постучались, и вошёл покрытый пылью гонец.

— Ваше Величество, господа, — раскланялся он, звякнув шпорами.

— Враг вместе с остатком войска вернулся в Тиранис. Они пытались прорваться на юг и бежать в Холмистые Княжества, но вовремя подоспевшие лорды де Флам и Турбальд, не дали им выйти из окружения. Сейчас Гаррак де Крауд и его люди заперты в родовом замке в стенах крепости Бартун.

— Имеется ли у лордов возможность взять крепость? — спросил Кинвальд.

— Никак нет, ваше величество. Для штурма такой твердыни у них мало людей. Лорды способны лишь держать осаду.

 

          В помещении повисла тишина. Советники задумчиво переглядывались. 

— Что будем делать, ваше величество? — озвучил общий вопрос Колоносс. — После битвы за Лир-а-Тиг у нас самих едва остались силы. 

          Кинвальд размышлял долго, взвешивал все варианты, пытался найти верный выход. Наконец, выдохнул и тихо ответил:

— Прощение де Крауда станет проявлением моей слабости. Моя слабость приведёт прочих Великих Лордов к подобным мыслям о независимости.

Значит у меня только один путь. Собрать оставшиеся войска. По утру выступаем на Бартун. И да помогут нам боги. 

*** 

          Лорик, по прозвищу Чекан, сидел на каменных ступенях Собора имени святого Луциана и угрюмо глядел на марширующие через площадь группы вояк королевской армии, местной итлисской солдатни и разномастных ландскнехтов, да наёмников.