DrugOn: пять кило подавляющей мощи

Уменьшать или увеличивать пропорционально степень воздействия на области мозга без потерь в качестве, к сожалению, человечество так и не научилось, десяти процентов боли или двух тысяч наслаждения так и не появилось. Более того, реалистичная картина мира не позволяла отказаться от стимуляции хотя бы одной части мозга, иначе возникало навязчивое ощущение подделки и люди постепенно всё глубже погружались в панику, итогом которой становилось бегство из виртуального пространства и нежелание в него возвращаться. В итоге осталось всего два состояния, когда негативного эффекта не наблюдалось: когда воздействие не отличались от реального, и когда воздействия происходили аналогично контролируемому сну, в котором человек осознаёт себя; осознаёт, что окружающее — всего лишь сон; когда ощущения могут присутствовать, но отличаться от реальных, в то же время сильно меняется восприятие событий в воспоминаниях уже после выхода из виртуальной реальности.

Не сильно отличается от воспоминаний о хорошо отпечатавшихся в памяти блужданиях по царству Морфея. К сожалению, секс — не секс, но и боль — не боль.

При реальной восприимчивости после выхода из игры на пользователя происходило дополнительное воздействие, заставляющее по-иному воспринимать произошедшее, вспоминать о нём как о чём-то нереальном. Но внутри игры в момент событий больно, кайфово, обидно, вкусно, плохо или хорошо как в жизни. А ещё за установку реальной восприимчивости полагались различные награды от внутриигровых бонусов до небольшой денюжки, обычно идущей на уменьшение стоимости подписки.

Плюс купон на скидку в Ривгош. На бумажные полотенца. Бонусы оплачивали исследовательские лаборатории для получения обезличенных данных по реальной восприимчивости.

Так вот, практически все в игре пребывали с уровнем восприимчивости “фантазия”, потому что игра — реалистична, следовательно, жестока, а также практически не контролируема. Как и любая другая, эта виртуальность старалась минимизировать или, если получается, полностью устранить вмешательство гейм-мастеров в игровой процесс.

За время бета-тестирования в финальной части не было зафиксировано ни одного случая божественного воздействия разработчиков на игровой мир. Отсутствие опеки модераторов, дарующее чувство вседозволенности и пьянящий вкус свободы (то есть безнаказанности), имело обратную сторону медали: отказ от ответственности компании-разработчика перед каждым входящим в игру по всему происходящему в её рамках.