Десять тысяч стилей

Ливий уставал, и уставал стремительно.

Но мальчик продолжал упорно крутить жернова. Тут уже суть была не в словах Хорхо, а в собственной неотступности. Ливий стал менять шаг, в чем-чем, а в ходьбе за эти два года он стал настоящим мастером. Не только Десять тысяч шагов, но и Двадцать Оздоровительных Движений – весь свой опыт мальчик вкладывал…в простое верчение мельничных жерновов.

«Надо было заняться этим в начале», – подумал Ливий, но сокрушаться было поздно. Смена ходьбы сбивала темп мальчика, и это подгоняло усталость еще сильнее.

Мальчик учился ходить.

Как только он понял главный принцип, крутить жернова стало легче. К сожалению, Ливий понял это слишком поздно. Через стены мельницы пробивались солнечные лучи: утро, а может, и день. Силы покидали мальчика, с каждой минутой ноги становились тяжелее, но Ливий чувствовал прогресс. Не пойми он того, как правильно нужно толкать балку, то давно свалился бы от усталости.

– Продержался? Ну даешь, – сказал Хорхо.

– Уже…Двадцать?

– Да, двадцать часов прошли, – ответил мельник с широченной улыбкой.

Ливий тут же упал. Ноги были не ватными – в них будто бы накачали свинец. Руки болели, спина болела – все тело мальчика ныло от таких долгих нагрузок. Воздух приходилось жадно глотать, последние полчаса Ливий уже не мог поддерживать правильное дыхание. А то, как ты дышишь – самое главное. Сбил дыхание – проиграл, это Ливий уяснил еще до Сильнара.

– Уборная знаешь где, обед на столе.

Через пятнадцать минут Ливий жадно уплетал еду мельника. Было немного невежливо с его стороны, но Хорхо никогда не считал подобное зазорным. Если бы не мельник, то Ливий вполне мог бы закончить жизнь где-нибудь на копьях стражи. Потому что голод заставил бы его воровать, а где нарушение закона – там и стража с их длинными копьями и твердыми дубинами.

– Зачем все это было? Знаю, что просто так вы бы мне этого не сказали делать, – спросил Ливий.

– Конечно не просто так! Ты хоть представляешь, сколько зерна мне перемолол? – ответил Хорхо.

У мальчика чуть не выпала еда изо рта.

– Зерна? – переспросил он.

– Ну да. А ты думал, жернова крутят просто так? Сверху – подача зерна, снизу – прием. Сыпется в огромную такую коробку, обшитую тканью. А с нее набираю в мешки, – объяснил мельник.

– И…Все?

– А сам как думаешь? – спросил Хорхо уже серьезно.

– Я стал по-другому ходить.