Кодекс Охотника

Хотя, откуда вам, деревенщине, о них знать?

— Может мне позвать менеджера и посоветовать ему выпереть тебя отсюда? С какой стати я должен тебе показывать что-то? — встал в полный рост и подошел к нему, но не вплотную. — Или устроить самосуд на месте? Я в принципе могу оторвать тебе ухо или сломать одну руку. Это не помешает тебе справится с моим заказом.

За убийство, скорее всего, меня могут посадить. Будь у меня Род, то отмазали бы. Но он почему-то уверен, что за меня некому заступиться.

— Отлично! — оскалился парень, и полез рукой в карман.

— Теперь у меня есть доказательство, что вы мне угрожаете. Попрошу заметить, что этот магазин принадлежит роду Киржукиных. Я нахожусь под их защитой, как слуга. А с вас тысяча рублей, а иначе я отдам запись своим господам, что потянет на серьезные проблемы. И, уж поверьте мне, не только материальные!

Вот оно что... Теперь ясно, почему парень так светился. Он придумал «хитрый» план и боялся, что я не поведусь.

В его руках действительно был телефон, на котором могло и не быть записи.

Чем мне грозит, если запись уйдет дальше? Скорее всего, его род не очень знатный и сильный. А это значит, что гонору в них много, и на таких, как я, они могут здорово повысить свою репутацию.

В заголовках газет будет написано, что Род наказал барона, смертельно оскорбившего их слугу, а следовательно и весь Род!

Пафос, наше все...

Теперь мне многое стало понятно. Таксист, вот кто меня сдал и, скорее всего, это отработанная схема. Он ищет провинциалов-простаков, расспрашивая их по дороге, и составляет мнение об их платежеспособности.

А дальше сдаёт своему подельнику. Примитивно, но эффективно. Вряд ли захудалый провинциальный Род попрет против столичного..

— Можешь включить еще раз диктофон? — культурно попросил его, не повышая голос.

Парень оскалился.

— Принесенные извинения, конечно, хорошо, но цены не изменят, — а вот чему он так радуется.

Однако, он сделал, как я и просил, и выставил телефон, чтобы я видел, как идет запись.

— Хочу произнести эти слова под запись, — говорю четко и с выражением. — Мне плевать на твой Род с высокой горы, и тем более плевать на твой дешевый развод, и, конкретно, на тебя. Если бы не камеры, которые расположены здесь, то ты, быстрее всего, был уже мертв. А если Род придет мстить за какого-то слугу, то умрет и он. Я все сказал.

Парень сначала побледнел, а потом еще больше ощерился своей улыбкой.

— Вот это ты попал, парень... — уже без вы сказал он.