Орк. Фронтир

– Я наконец понял зачем тебя засунули в одну камеру с ней. Он хорош! Как можно не повестись на такую девку? Да? В одной камере! В одном положении! Но бесконечно далеко друг от друга! Вы один на один долгое время. Ваши взгляды всё чаще пересекаются. Слово, второе.. Быстро возникает приязнь?! Потом незаметно перерастает во что-то большее? Так? Вижу. Мир сужается до пятачка, до этой грязной комнатки, а здесь только она. Начинаешь переживать. Бояться потерять единственный лучик во мраке. Как можешь оберегаешь, делишься, чем есть.

Поддерживаешь и боишься.. С каждым днём всё больше и больше привязываешься и боишься, что отнимут. Или хуже.. Так?

- Заткнись..

- И вот, незаметно, Варуза кладёт свою длань на грудь и целует лоб. Но беда в другом? Надежда, выбраться из западни, тает, как снег на солнце. Ты заперт и понимаешь, что это конец. Унижение и боль, для таких, как ты, не страшны, но это было раньше, когда ты один. А сейчас появилась она. Ты гонишь мысли прочь, но.. Варуза - редкая тварь. Любовь. Ха-ха-ха.. Она в беде и ты мучаешься от мысли, что не способен спасти только что найденную женщину.

Ты смотришь день за днём на неё, сердце всё сильнее ноет, но ты не можешь ничего поделать. Ничего! Страшная беспомощность. И вот этот день! Ты понимал, что он наступит и боялся. Молил Айзару? Ха-ха-ха.. Приходится прощаться с недосягаемой, но желанной и любимой. Жестоко! Он хорош! Намного лучше Шныря! Тупой гоблин никогда бы до такого не додумался. Подожди, друг! А Бейта? Тоже? Ха-ха-ха.. Вы признались друг другу? Она будет тебя ждать?

- Замолчи.

– устало закрыл глаза.

- Сука, хорош.. О боги! Это тонко и действительно жестоко. – опять заржал Трёхклык. – Ха.. Интересно она быстрее сломается, если в камере будет твоя голова? Как думаешь? Ты же хорошо узнал её?!

- Заткнись уже нахрен, тварь! – взревел я, уверен мои глаза полыхнули огнём, но Волгар не обратил никакого внимания на эту вспышку ярости.

- Верховному будет ещё приятнее.. Я расскажу ему, кого он будет иметь в..

- Сука.. Мелкий недоносок.

. Ты ему свою мать продашь?

- Ладно, орк.. Хватит соплей. - острый кончик ножа упёрся в ребро, а Волгар широко улыбнулся. – Она узнает, что ты умер шепча её имя.

Трёхклык смотрел в мои глаза, постепенно усиливая нажим. Орк хотел уловить момент, когда сталь прорезает кожу, скрежещет по костям. Увидеть момент рождения боли в глазах врага, но ничего не происходило. Зато я чётко видел, появление удивления. Растерянность и непонимание заполнили эти мелкие злобные глазёнки.