Сокрушитель бессмертных. Книга 1

Старались и зодчие, прилагавшие неимоверные усилия для возведения белокаменного дворца, усеянного отчеканенной позолотой и россыпями драгоценных камней. На стенах, конечно же, красовались изваяния императора в величественных позах, тогда как вместо колонн стены подпирали люди и представители иных рас Ранкора, на лицах которых были неплохо отображены скорбь и печальное смирение.

Теперь же на площади перед его крепостью тесали статую императора высотой почти с тот же дворец – три вековых сосны вместе взятые не достигли бы этого уровня.

Однако у такой жизни, когда, казалось бы, есть все, о чем можно лишь мечтать, есть существенный недостаток. Становится невыносимо тоскливо жить.

И, чтобы хоть как-то себя развлечь, Заргул засылал в пустоши равшаров, диких варваров, враждующих без конца друг с другом, своих адептов. Маги своими речами околдовывали не обремененные сильным интеллектом умы бичей пустоши, поднимая в воинах повстанческие настроения. Верховный вождь легко поддался на уговоры и ввязался в губительную для многих его соплеменников авантюру – пойти войной на людские земли.

Равшары подчинялись непосредственно Заргулу, хоть он и не сильно ограничивал их свободу, но теперь появилось какое-то движение, было, за чем понаблюдать.

Когда гонец вошел в обвешанный красивейшими расписными коврами зал, Заргул предавался отдыху. Черноволосая наложница массировала его плечи, тогда как ее груди почти касались его рогов. Другая играла на лютне и пела сладким голосом о том, как велико могущество Многорогого и как все счастливы жить под его правлением.

Третья кормила его с рук ягодами. Иногда Заргул прерывался от кормежки на то, чтобы затянуться от трубки, набитой сильно воздействующими на разум травами.

- Мой повелитель, да славится Ваше…

- К делу! – бросил Заргул, сделав знак служанкам, чтобы убирались.

- На границе с равшаровыми землями… - молодой посыльный нервно сглотнул и поежился, оценивая вероятность выжить после оглашения неприятных вестей, - начались столкновения.

- Хм, - сложил руки на груди Многорогий, склонив голову.

- Мне передать военачальникам указание о призыве рекрутов в ополчение?

- Ты знаешь, что делать. Я всегда ратовал за защиту империи, - с издевательской ухмылкой молвил Заргул.

- К-конечно, Ваше Императорское Величество, я возьму бумаги и пойду собирать подписи для…

- Пошел. Вон. – острые зубы оскалены, сверкнули исходившие огненным светом глаза, а душа гонца ушла в пятки.