Имею топор - готов путешествовать (ИТГП-1)

Все, она закрылась, я ничего не смогу больше сделать.

Проиграл.

Я сделал медленный вдох.

- Хорошо. Другие смертоносцы... помимо Сколдинга Фрея, могут напасть на наш след?

- Не исключено. Но Фрей опередил их... намного. Он не станет делиться добычей.

- Великая Торба, что, ставки так высоки?

- Да.

Я снова вздохнул.

- И я вам нужен.

- Да.

- Я очень вам нужен?

- Да. Вы очень нужны нам, Фатик Джарси.

Тут бы я мог сказать: коли так нужен, так выходи за меня, ушастая, потому что ты нужна мне не меньше.

Но вместо этого я сказал:

- Хорошо.

Я нужен вам в качестве проводника, так?

Кивок. Теперь все они смотрели на меня, как на неведому зверушку. Гритт, мне захотелось сплясать голым на столе, лишь бы их взгляды поменялись.

"Тебя дурят, Фатик, дурят!" - уже не кричал, орал внутренний голос.

- Куда нужно топать?

- Сначала дайте слово, что обязательно отправитесь с нами, - твердо сказала эльфийка.

Я чуть не взвыл. Опять старая песня! К горлу подкатила ярость. Сейчас я кого-нибудь точно придушу.

Потом я взглянул в серые глаза эльфийки (они были бездонные, если вы помните), утонул в них окончательно, вспомнил о том, как она спасла мою жизнь, и, плюнув на благоразумие, произнес:

- Даю слово.

- Это Облачный Храм в Дольмире, - сказала Виджи тихо.

Я присел на стул, поскольку у меня отнялись ноги.

23.

Та-а-ак...

Значит, вот для чего я им нужен. Значит, вот что они затеяли. Значит, вот зачем они так упорно обрабатывали меня в Хараште. Значит, вот почему эльфийка прикрывала меня своим телом!

А я-то, дурак, возмечтал про аллин тир аммен.

Олник, мерзавец, ты накаркал, зараза!

Сдерживая ругательства, я протянул руку к бутылке вина, но вспомнил про свой обет не прикасаться к спиртному. И тут засада. На небесах, явно, звезды моего гороскопа выстроились в форме задницы, виселицы или гнилого покойника, короче, такой фигуры, что обещает процветание и великий успех в любом деле.

Или сегодня просто не мой день?

- Налейте чаю, - голосом старого ревматика попросил я.

Виджи передала мне чашку.

Я отхлебнул, собираясь с мыслями. Окинул медленным взглядом лица честной компании. Рубленое из светлого камня лицо Скареди, пухлое и щекастое - Альбо, худое, с торчащими скулами - Монго (у парня был скорбный взгляд, думаю, он до сих пор не мог прийти в себя от серной вони), решительно и широкое - Крессинды, округлое, с пухлыми губами - Имоен. Только сейчас мне бросились в глаза ее низковатые густые брови, которые не мешало бы проредить.