Отмеченная Смертью

Расстроенная, в слезах Тельза сама не заметила, как заснула. А проснулась, когда вернулась мать с ужином. Как бы не желала в глубине души, что мать пожалеет её, этого не случилось. Аврона поставила поднос, безэмоционально произнеся: — ешь. Сама же женщина умылась и принялась штопать одежды, в которых девочки проделали путь от Дара до Мифиса. Через пару часов вернулись и старшие сестры. На них не было лица, обе напоминали настоящих призраков, хоть отец Тельзу и уверял, что тех не бывает. Никто из них даже не посмотрел в сторону накрытых тарелок.

Они, не сговариваясь, легли спать заплетенными и в одеждах. А когда мать подошла к Омелии, чтобы распустить косу, та резко воскликнула: — Отстань! Не трожь нас! — и накрылась покрывалом с головой.

И хоть над их головами была добротная крыша дорогого особняка, Тельза как никогда остро ощущала сгущающиеся над ними тяжелые свинцовые тучи. Девочка очень надеялась, что гром все же не грянет.

Глава 5.

Прошло несколько месяцев с того момента, как Тельза с матерью и сёстрами прибыли в Мифис и поселились у тётки.

Ежедневно мать уходила на работу. Она мыла многочисленные комнаты особняка, перестилала постели, стирала белье, убирала и помогала на кухне. Старшие сёстры Тельзы тоже регулярно уходили работать. Только кем, девочка не знала, а когда спрашивала, те отмахивались и ничего внятно не объясняли. А ещё Тельзе казалось странным, что иногда вместо денег Мильва и Омелия приносили украшения, ароматные масла, или различные платки и ленты. Всё это раз в неделю мать ходила продавать на местный рынок. Пару раз и Тельзу брала с собой.Сами сёстры стали выглядеть лучше. Их поселили теперь отдельно. Когда же те заглядывали, то всегда были в красивых нежных платьях, волосы их блестели и пахли цветами, а белая кожа на ощупь была как шёлк.Вот и сегодня Омелия заглянула с утра пораньше. Она не стала переступать порог комнаты, сославшись на спешку. Протянула Авроне перламутровую шкатулку с жемчужными бусами внутри, грустно улыбнулась и сразу же попрощалась. Тельзе показалось, она избегает их общества. Неужели теперь стыдится свою мать, которая сильно сдала за это время и выглядела настоящей старухой?— Я на рынок, дочки, - тяжко вздохнула мать, собирая вещи в сумку.— Можно с тобой? - взмолилась Тельза. Она не привыкла проводить всё время в четырёх стенах. Раньше, живя в Даре, она обычно пропадала в лесу или на речке. И пыталась вырваться в город при любой возможности теперь.