Кодекс Крови. Книга II

Некоторые прибыли даже со своим оружием.

Ветераны поделились на две группы: кандидаты в вои и в кровники.

Я молча шёл перед строем, принимая образцы крови от комарих. Здесь тоже не обошлось без сюрпризов.

Из двадцатки ветеранов в кровники я готов был принять не всех, двое оказались засланцами Крысина. Видимо, тот предусмотрел возможность найма ветеранов и решил перестраховаться. Я, конечно, не мозгоправ, но и моих сил хватило, чтобы определить предателей.

— Вы на что рассчитывали? — недоумённо взирал на двух идиотов, которые собирались давать клятву верности, чтобы практически в тот же день её нарушить.

Шпионы молчали. А ведь им было всё равно, что их разоблачили. Наглые надменные лица, с насмешкой взирающие на меня.

— Придётся объяснить вам один нюанс, господа и дамы, — да, среди кандидатов в кровники оказалось три магички, — сейчас вы принесёте не обычную клятву верности, за нарушение которой вас будут преследовать неудачи, проклятие какое-то или ухудшатся взаимоотношения с тотемом. Нет. Вы принесёте клятву на крови мне, магу крови, — я обвёл взглядом своих воев и кровников, — и за нарушение обета вас ждёт смерть.

Мгновенная. Суда и разбирательств не будет, вывода из рода не будет. Будет смерть. Простая и понятная.

И прежде, чем кто-либо успел среагировать, я вырвал кадыки у двух предателей, оставив тех истекать кровью. Комарихи с радостью отправились на пир, собирая бесплатное угощение.

— Эти двое были шпионами Крысина! У нас война, и действовать мы будем по законам военного времени!

После этих слов никто не сдвинулся с места.

И лишь один ветеран вышел вперёд и задал вопрос:

— Будет ли клятва обоюдная?

Вопрос был правильный, и я не собирался увиливать от ответа.

— Да, клятва у нас взаимная. Это означает, что за своих людей я не просто отдам жизнь, но и заберу чужие.

Группы воев и кровников объединились в одну. Ну что же, да будет так.

***

Пара бронемашин отправилась в гости к Крысиным с наказом начинать операцию не ранее полудня. Правила приходилось соблюдать не только врагам, но и нам, что вызывало во мне глухое раздражение.

На рассвете проворачивать такие дела было бы сподручней. Но Шёпот, так звали командира диверсантов и бывших штрафников, уверил, что для них это не проблема.

С ним у нас состоялся отдельный разговор.

Командир указал, кого именно из новоявленных кровников берёт на операцию и уточнил уровень разрешённой жестокости:

— Особые приказы в отношении женщин, детей, стариков будут?

— Постарайтесь без лишних жертв.