Странники ночи

Да, пересечь обратно грань, разделяющую два мира – живой и мёртвый, невозможно. Реета не отпускает своих жертв, также как она не выпускает на волю своих обитателей. Здесь нет живых, нет пищи, и любой случайный гость становится столь редкой и долгожданной добычей. Из той же детской сказки он знал, что голод – это их проклятье, их наказание в вечности…

А сейчас их добыча - ты, тебя разорвут на куски и съедят, и это страшнее чем умереть от меткого выстрела лучника…. Бесполезно спрашивать - почему это происходит именно с тобой? Бесполезно пытаться что-то исправить, это не сон, реальность страшнее.

Его взгляд заметался по лицам охотников – охотников на особую дичь, они последние люди, которых он видит в своей жизни. Говорить он ничего не собирался. Да и что можно сказать собственным не свершившимся палачам? Спросить за что, почему? Ему не ответят. Кодекс наёмников запрещает отвечать на вопросы жертвы. Это вызовет лишь новый смех. А за спиной всё больше ощущалась пустота – холодная, пугающе-безжизненная, неотвратимая и до невозможности осязаемая…

Губы тронула горькая усмешка, странно погибнуть и не знать причины, по которой на тебя объявили охоту.

Он был младшим в семье и никогда не претендовал на титул. Двух его старших братьев отец обучал искусству войны, они были воинами, его наследниками, а он оставался любимчиком мамы, её сыночком, которого она не хотела отпускать от себя.

Да, он тоже получил прекрасное образование, но его дни проходили не в тренировках с мечом, а за чтением книг и слушанием рассказов старого Гитона, его учителя.

Разница в возрасте со старшими братьями составляла почти десять лет, и отец никогда не обращал на него внимания. Он так и остался для него слишком маленьким, мальчишкой, беспомощным ребёнком.

Странный выбор у смерти, не всем так везёт как ему. Ярси медленно вытащил из ножен меч. Пальцы крепко сжались на рукояти и даже сквозь перчатку ощутили её слегка покалывающий холод, словно в руку влилась энергия оружия.

Тело выполняло привычные действия, а в голове билась какая-то отстранённая мысль - его время уже остановилось, замерло на те последние мгновения, что ещё слышны в груди удары сердца, слишком громко отстукивающего панически-быстрый ритм.

Лучи заходящего солнца, с трудом пробивающиеся сквозь спутанные ветви деревьев, ярко заиграли на льдистых гранях клинка. Прощальный подарок Виолы. Меч мага, не воина, украшенный замысловатой вязью рун, серебряный меч.