Кодекс Охотника. Книга XVI

— Здравствуйте, Ваше Императорское Величество! Звоню лично засвидетельствовать, что начало наступления на мятежное образование прошло успешно. Я планирую оказывать всяческую поддержку Имперскому корпусу, — раздался из трубки сочный мужской баритон.

— Спасибо, Максимилиан Венедиктович, — улыбнулась она. — Но, возможно, вам надо немного отдохнуть.

— У Пашки язык за зубами не держится. Что он наплёл уже?

— Генерал-майор Морозов, — подчеркнула она словами, — доложил своему отцу... Я хотела сказать, министру обороны о том, что герцог Доброхотов находится в чрезвычайном энергетическом истощении, и зачем-то пытается это скрыть.

— А Паша хорош... — рассмеялся в трубку Доброхотов. — Думал, что он не заметит.

— То есть, ты не отрицаешь, что выжат, как лимон? — уточнила Императрица.

— Как лимон? Сестричка, раз пошла такая пьянка, то я могу сказать, что меня не то, что выжали, как лимон. Меня прокрутили через мясорубку! Китайцы пошли ва-банк. И судя по остаткам трупов и снаряжению, что раскопали мои ребята, они не стали размениваться и послали «Сыновей Дракона».

— Императорскую гвардию? Реально? — нахмурилась Елизавета. — А почему мне об этом не доложили?

— Да потому, что Павел на лихом коне проскакал мимо, как ветер, а мои только закончили разбирать обломки дирижаблей. Ну, ничего, его мы тоже уведомили, так что думаю, он будет готов. Именно поэтому я и хочу отправиться на подмогу. Я-то с этими ублюдками сталкивался и знаю, что они могут. Его батюшка тоже сталкивался, а вот пацан нет.

— «Пацану» — тридцать девять лет, и он генерал-майор, командующий одной из самых эффективных бригад в Империи, — недовольно сказала Императрица.

— Да, да, я знаю, но лучше бы это его батю не в чиновничье кресло посадило, а отправило на фронт.

Императрица нахмурилась и сказала в трубку.

— Секундочку, — и повелительно махнула рукой, заставив скривившегося Румянцева, который с удовольствием «грел уши», с недовольной миной удалиться. — Макс, походу Европа на нас пойдёт. И поведёт ее Годарт.

— Ого! — веселье пропало из голоса Доброхотова.

— Я бы предпочла этого никогда не узнать, — задумчиво ответила Императрица.

— Ну, человек предполагает, господь располагает. Не унывай, сестричка, все порешаем. В конце концов, быстро решим на востоке, и я метнусь к тебе на подмогу.

— Не торопись, — сказала Императрица.