Седьмой Круг. Свой путь

И хотелось бунтовать против этой действительности, дурачиться, резвиться, проказничать и не сдаваться перед лицом подступающейся печали. И видеть Бьерна таким, как прежде – глумливым, ворчливым и вечно поносящим нелюбимый им быт и устои человечества, или, как выражался сам кузнец, – весь этот говённый мирок.

Леонард, хоть и смутно, но понимал, что, возможно, сейчас проживает последние моменты свои на свободе. И он хотел насладиться ими сполна, и как мог гнал прочь от себя грусть и отчаяние.

– Расскажи мне об этих зверях, – с трудом Лео кивнул на великолепные барельефы, что украшали стены Великой Кузницы.

– Я ведь о них только в книжках читал. Да и то не о всех. Ты когда-нибудь видел их вживую?

– Слава Небесному Сердцу – нет. Миловала судьба, – гоготнул Бьерн. – Те, что изображены здесь – сущие чудовища. Хорошо хоть водятся подальше от людей.

– Почему же? – удивился Лео из всех сил, что остались. – Разве они не сильнее, умнее, хитрее?

– Наверно потому, что хватает у них ума не связываться с нашим братом, – предположил кузнец.

– Знаешь, медведь-великан и полночный охотники во все времена были в цене. Все, у кого водятся деньжата знают, что шкуры их неподвластны никакой магии. От того и всякие богатеи давненько полюбили назначать за них баснословные награды. Да и какой трофей… – мечтательно Бьерн наклонил голову. – Многих из них истребили. Под чистую. И плевать было им, что на такого зверя нужно было собрать небольшую армию. И всё это ради одной-другой шкуры… Никого нет хуже людей, не-а. Я так давно говорил, говорю и говорить буду, пока не откинул копыт. И ничем меня не переубедить.

– И вправду. Не очень уж это радует, – поморщился ученик. – На что они только не идут, чтоб заполучить могущество. Это отвратительно…

– Точно! Ублюдки! – стукнул кулаком по колену кузнец. – А создания эти, по слухам, невероятно величественны, – продолжал он. – Батька говаривал, как дед ему поведал, что встретил однажды полуночного охотника. Великолепный, рассказывал, кошак.

И красивый – неописуемо. Зубища острючие. Когти, что бритва. Издалека его дед разглядел.

– А что потом? – с интересом спросил Лео. – Как он остался в живых?!

– Говорил, мол, коты эти совсем не глупые. Всё понимают, всё чуют, – отвечал Бьерн. – Дед ему издали поклонился, так тот его лопать не стал. Только фыркнул и скрылся где-то в лесу. Больше его дед не видел. Да и не к чему им на людей просто так нападать-то. Лишь беду на себя наведут.