Седьмой Круг. Свой путь

Сотрясаясь, Бьерн всхлипнул, и всколыхнувшись, как в агонии, повалился на землю.

Что-то сжалось внутри Лео. Вид безжизненного тела учителя сокрушил его ужасом.

Всадник спешился и подошёл к изнурённому подмастерью. Наклонившись, он внимательно его разглядел.

«Где ты? – взмолился маг Дрейку. – Что это за скот? Дай мне сил, и я убью его!»

«И пытаться не смей! – голос в голове был чем-то страшно напуган. – Лучше заткнись. Даже не думай!..»

«Он убил его?! УБИЛ БЬЕРНА?! – вопил Лео внутри собственной головы. – Дай же мне свои проклятые силы! Мы должны…»

Дрейк замолк.

Затаившись, смотрел он из глубины Леонарда и мерещилось ему, что взглядом он встретился с этими голубыми, точно два осколка чистого льда, отражающих небо, холодными глазами, показавшимися из-под капюшона. И разглядел он в них странное. Словно бы обладатель их лишен был того, что среди живых принято называть душой. А его худое и острое, совсем как неживое, словно вечный снег далекого севера, неестественно бледное и безжизненное лицо, пугало его нестерпимо. И соломенные, длинные волосы, что спускались до самой груди, и белесые брови, и ровные линии облика, – всё в нём было каким-то другим. Нечеловеческим.

Дрейку стало не по себе и показалось, что незнакомец прознал о его присутствии. Будто бы таинственный этот маг легко сумел разглядеть встревоженную темную сущность внутри Леонарда, как на ладони. Равнодушно он улыбнулся, но улыбка эта не сулила ничего хорошего. И не было в ней ни радости, ни яда, только условность, закономерно следующая за каким-то незримым ликованием.

«Помоги же мне стереть эту тупую ухмылку с его рожи! – Лео заскрежетал зубами. – Хватит! Не смей меня останавливать!»

«Ты умрешь, глупый, – пропищал Дрейк. – У нас двоих не хватит, и не хватило бы сил, чтоб справиться с ним…»

– Твой друг не умер, – холодно сказал незнакомец. – По крайней мере, окончательно.

Молодой маг зашипел, едва не свалившись со стула.

Неизвестный вернулся к телу Бьерна и склонился над ним. Из глубины плаща он извлёк крошечный, размером с палец, фиал, и откупорил его крышку зубами.

А после положил ладонь на лоб мастера и тот встрепенулся, словно пронизанный разрядом молнии.

Таинственный маг приложил фиал к губам Бьерна и прошептал что-то. Тонкой, серебряной нитью, точно молодой росток под светом Небесного Сердца, взвилась из приоткрытого рта кузнеца мутная субстанция, полностью наполнив миниатюрный сосуд. Незнакомец закрыл его и снова спрятал его в складках плаща.

И Бьерн поднялся.