Седьмой Круг. Свой путь

– Что ты с ним сделал? – воинственно обратился Лео к незнакомцу. – Он неживой?

– Не совсем, – тихо ответил Аркрайн.

«Я здесь… – раздался голос в голове молодого мага. Это был Бьерн, но какой-то другой. Бесстрастный, холодный. – Не создавай трудностей. Прошу…»

Голос умолк, а фигура кузнеца так и осталась недвижимой.

И нещадный мороз щипнул за сердце, подступила к горлу гадкая тошнота, голова закружилась сильнее. Лео одернул поводья, чтоб остановить скакуна, но тот не послушал, неуклонно шагая дальше. Кусачими муравьями засвербели внутренности, отчаяние хлестануло по горлу.

На ходу Леонард спрыгнул с коня, но ноги его, как переломленные, не удержали, согнулись, и он упал на землю беспомощно.

Мрачная процессия остановилась.

– Объясни мне, что тут творится, забери меня пустота! Сейчас же! – задыхался он, глотая пыль. – Кто ты такой? Зачем?..

– Моё имя Аркрайн. Мы едем на север, – безразлично повторил незнакомец. – Залезь обратно и больше не делай так.

– Ещё чего! – бунтовал Лео.

– Я и с места не сдвинусь, пока…

«Я сказал, лезь в седло!» – прозвенел в голове душераздирающий вопль, заскрежетал, как ржавый нож о старое железо.

И молодой маг предался забвению.

Он снова обнаружил себя на коне. Магический приказ вытеснил из памяти ещё час жизни. Сил будто бы поприбавилось, но справиться с безысходностью они не помогли. Не смея и пискнуть, завертел головой Лео и тогда заметил, что позади с ними едет шестой. Черный охотник, что обратился седоволосым за считанные мгновенья.

За пугающей, зловещей маской, пряталась теперь половина его лица. Железная, с тремя вертикальными прорезями, она укрывала его от подбородка и до самых век, и словно бы успела врасти в его скулы, шею, глотку... Будто бы вдолбили её до самых костей, врезали в череп.

В глазах его не нашёл Лео жизни.

И стало ещё дурнее, ещё страшнее. И тогда Леонарду почудилось, что путешествует он в компании живых мертвецов. Безвольных и хладных, утративших всё человеческое. Но он слышал голос.

И это был Бьерн. Пускай не тот, что раньше, но это был он. А значит, сущность его и душа не покинули ещё этот мир. Но большего Леонард не знал и не понимал, от того и не мог найти покоя.

Но этот был не таким. Аркрайн совсем не похож был на мертвеца, но живость его ощущалась иначе, не под стать той, что Лео мог разглядеть в обычных людях. И таинственный его облик, и непостижимая сила, и блеклое лицо сплетались в уме Леонарда одной неразборчивой загадкой.