Седьмой Круг. Свой путь

Обворожительная и невероятная работа нескольких поколений выдающихся мастеров теперь была сокрыта от глаз простых смертных.

Да, Бьерн позволял посещать свою невообразимую обитель, но только раз-другой в году по поводу больших городских празднеств. Сам же он в эти ненавистные ему часы запирал двери на всевозможные засовы и уходил глубоко внутрь, напиваясь до беспамятства, чтоб не слышать нелюбимый гомон сотен глоток, восторгающихся снаружи. В первое время после того, как он с концами унаследовал кузницу, ему пришлось выложить кругленькую сумму стражникам, чтоб те отгоняли шатающихся по округе без дела детвору и бездомных.

Но уже совсем скоро, через месяц-другой, он добился желанных покоя и уединения и теперь упивался своим одиночеством в полной мере.

– Великое творение небывалых мастеров, – вдохновенно проговорил Фредерик подгоняя повозку к стойлам. – Как жаль, что этот отшельник не позволяет людям любоваться своим жилищем чаще. Быть может, тогда жители Мордгарда не были бы такими угрюмыми…

– Поразительно! – Лео, кажется, впервые в жизни нашёл для себя нечто не менее восхитительное, чем магия.

– Как такое вообще возможно?!

– Долгий, кропотливый и упорный труд целого рода, – объяснил Фредерик потирая спину после того, как неудачно спрыгнул на землю со своей колесницы. – Эх, разогнуться б теперь…

Кузница стояла у самой опушки непроглядно густого леса, навскидку, в четверти часа пешей ходьбы от города. Массивные железные двери её, отделанные редким деревом баснословной цены, были распахнуты.

Обычно жар внутри подолгу не унимался, бурлил и полыхал, и пах горячей сталью. Но сейчас горнила и наковальни молчали, не смотря на дневной будничный час.

Судя по всему, ими не пользовались уже пару дней.

– Даю слово, налакался и где-то дрыхнет! – с легкой досадой заявил купец. – Но ничего-ничего. Сейчас устроим ему сюрприз. Прихвати-ка вон то ведро, если тебе не сложно…

К жилым помещениям от вольготной кузницы вёл каменный коридор. Двухэтажный, роскошный особняк делился на гостиную, кухню и спальные комнаты наверху.

Наотмашь дал по носу резкий, характерный для многодневной попойки запах, едва визитеры преодолели порог большой залы с камином. Небрежно расставленные за круглым обеденным столом пылились кресла. Наискось висели четыре картины, едва не срываясь с гвоздей на стене, подпертой парой старых сервантов. Крупная туша зычно храпела недалеко от камина, развалившись на лохматом ковре.