Холодный лич

Настолько холодным, что влага застывала прямо в воздухе, покрывая округу полу-видимой дымкой. Солнце было на небе, но светило тускло и нерешительно.

Путники оставили медведя далеко позади, настолько далеко, чтобы стражники в заставе не смогли увидеть их транспорт. Мил из раза в раз, одной рукой быстро поправлял очки на лице, и тем чаще, чем ближе они подходили. Ему было очень тревожно. И тревога эта росла с каждым шагом к заставе. Ему очень не нравилось это место. Не нравилась эта башня на удалении от других и от города, она создавала одновременно иллюзию причастности к Грихту и людям, что там обитают, и одновременно ощущалась как отшиб на котором никто не услышит твои крики, когда тебя начнут убивать.

Мил потряс головой, стараясь вытряхнуть из неё воспоминания электрического неровного света и боли. Вновь поправил очки.

В это же время каменная створка входа в башню съехала в сторону, выпустив наружу клубы пара. Оттуда вышел мужчина.

Глава 6

Мил лежит на снегу.

И слышит проезжающие мимо машины. Говорят люди. Кто-то гудит. Кто-то смеётся. А мил лежит на снегу, в центре электрических ярких огней города. Он среди этих людей, и нет. Его там нет. Всё это кажется ему. Он очень хочет вернуться назад. Очень хочет, чтобы этот мираж был правдой.

И он действительно лежит на снегу. Только вот, вокруг тишина. Светит тусклое солнце на небе. В его сторону бежит медведь. Бежит, чтобы спасти его. А в груди Мила сквозная дыра, у него нет сил даже ползти.

И больше всего он хочет вернуться обратно, в свой простой, скучный и понятный город. В наш мира. Подальше отсюда.

Как дошло до такого?

Они подходили к заставе. Дверь её распахнулась, оттуда вышел мужчина. В руках он держал посох. На вид из камня. Покрытый письменами на не знакомом для Мила языке. Мужчина был среднего роста. Не узок и не широк в плечах. Носил доспехи на половину состоящие из кожи, на половину из стали, что вставками защищали самые уязвимые места. И не было у этого стражника ни меча, ни щита, ни ножа.

Но был каменный посох. И хмурый взгляд, как бы говорящий сам за себя "не балуй!".

При виде его Эльф растянулся в улыбке, распростёр руки в стороны, как бы собираясь обнять и выкрикнул на всю округу:

- Лагот! Как я рад тебя видеть! - при этом эльф всё так же сидел на спине Мила, и при таком дружелюбном жесте чуть не свалился назад, попутно чуть не опрокинув и Мила.

- Вернулся всё-таки, доходяга...