Поступь дракона

Судари и сударыни тут крайне редкий гость, а аристократы так и вовсе брезгуют посещать это место. Конечно, если заимствованная память не ошибается. И вот сейчас мной интересуются простолюдины, а если с моей эпохи этот контингент не изменился, они мало чем отличаются от городских разбойников.

В своё время, гуляя в личине человека по их городам, очень часто ко мне в трактирах и гостиницах было такое же внимание и это заканчивалось либо побоищем в самом заведении или бойней в переулке. Словом, в обоих случаях меня хотели ограбить.

Думаю, здесь будет тоже самое.

Я спокойно доел, после чего посидел, попивая яркий на вкус холодный напиток и почитал про законы, откуда выяснил, что не только за убийство, но и обычное избиение гражданина Империи меня могут привлечь к ответственности. Это что касается простолюдинов. У аристократов другие правила. Они неприкосновенны и только службы Империи могут с них что-то спрашивать.

Ничего не изменилось. Знать, как всегда, имеет больше привилегий и властвует над простым народом.

А польза от них хоть есть?

Хотел было найти про это информацию, но напиток закончился и пришлось уходить. Негоже занимать впустую место, тем более это заведение позиционирует себя как место быстрого питания и имеет довольно большую популярность. Людей тут слишком много и создаваемый ими гвалт сбивает с мысли. Думать нужно в тишине.

Вышел на улицу и направился по тротуару в сторону своей гостиницы. И разуметься, небольшая компания молодых людей направилась за мной, довольно быстро нагоняя.

Возможно, он хотел незаметно для людей вокруг угрожать мне им и увести в переулок чтобы поговорить без свидетелей, но я разоблачил его в самый ответственный момент и тот в силу своего возраста запаниковал, действуя на своих инстинктах молодого и неопытного, но наглого разбойника.

Клинок ударился о мой полог, нож вывернуло и лезвие рассекло руку парня, отчего тот начал скакать как обезьяна и орать. Его друзья встали статуями и не знали, что им делать.

Эх человеческие дети, забавные существа. Самоуверенности, безрассудства и гордыни в них, столь много, что для рассудительности и ума места практически нет. Когда-то и я был таким, молодым, совершенно ничего не знал о мире и после первых побед думающий, что мне всё по плечу.