Цвет настоящего

- Потому что я не нуждаюсь в проводнике, который не способен различить тропу.

Сакар промолчал, лишь склонив голову и, повернувшись, двинулся дальше. Я тревожно покосился на густеющие на севере темные тучи и поспешил за ним. Где-то через половину часа, как и говорил проводник, начались болота. Первыми предвестниками их близости стали Подлинные цвета. Густые слои коричневого и бурого плавали над самой землей, отгоняя яркие скопления красного, оранжевого и желтого, вытесняя легкие облачка зеленого наверх, где их легко подхватывал ветер.

Затем потянулись редкие островки мертвых деревьев, не выдержавших гибельного избытка воды. Блеклые сероватые и желтоватые стволы скорбно вздымали обломленные ветви, похожие, на старые кости. От такого сравнения невольно по спине пробежали мурашки. К счастью, скелеты деревьев вскоре остались позади, и перед нами простерлись болота.

Сакар обогнул несколько поросших ржаво-бурым камышом заливов и вытащил из неприметного тайника пять шестов. Взвесив доставшийся мне, я на всякий случай оплел древесину полосами коричневого, благо, это цвета хватало в избытке.

Моэн поступил точно также, Фиори же обтянула шест еще и лентами синего, а у верхнего конца прикрепила осколок белого.

Уже через пару минут я искренне порадовался, что на мне сапоги с высокими голенищами. Хотя Сакар и старался вести нас по возвышающимся кочкам и холмам, у меня на каждом втором шагу нога уходила глубоко в болотную жижу. Пришлось тщательнее прощупывать шестом путь и внимательнее следить, куда ступает проводник.

Исходящие от Подлинных цветов образы только усиливали и без того ужасную вонь. Ею тянуло от вспучивающихся на поверхности пузырей, от мутной жидкости, а из-за болотного цвета казалось, что даже сам воздух пропитался запахами тухлых овощей и разлагающейся падали. Зловоние перебивало любые ароматы, лишало меня собранности, не давая внимательно отслеживать отзвуки и отсветы в других цветах.

Больше всех страдал Ловкий. Его создавали для войны в дремучих лесах, для дерзких вылазок и ночных нападений, чтобы враг до последнего мгновения так и не понял, откуда взялась стремительная и смертоносная тень.

Здесь же, среди трясин и камышей, коварных кочек и скользких камней, он чувствовал себя крайне неуютно. Сперва Рыжик с недоумением косился на хозяйку, словно вопрошая, сколько еще будет длиться это издевательство. Какое-то время у него получалось перепрыгивать с кочки на кочку, минуя отвратительно пахнущую воду.