Цвет настоящего

избранность неоспорима... власть есть жизнь... сила непреодолима... пора положить конец...

Среди голосов попадались свистящие по-змеиному, шуршащие шелковой тканью, шелестящие извлекаемым из ножен мечом. Несмотря на внешнюю мирность, в них сквозила плохо скрытая взаимная вражда, от которой они неохотно отступились. Вражда и жажда власти, заставившая забыть противоречия и объединить усилия, чтобы одолеть общего противника.

...победа станет лишь нашей... творение, пьющее жизни... мы будем единственной силой... установить наши законы.

..

От холода стыла кровь в жилах. Умом сознавая, что это сон, я чувствовал исходящую от говорящих злобу и ненависть. Кто бы они не были, и что бы не замышляли, их планы были обречены. Общий враг — не самая ненадежная причина союза. А враг, который вот-вот будет повержен, на самом деле только разобщает, заставляя толкаться локтями и хищно коситься на будущих соперников.

Внезапно голоса начали замолкать. Ощущение холода тоже сошло на нет. Мало-помалу я уснул по-настоящему, уже без всяких вкрадчивых шепотков.

Утром, как ни странно, Моэн не стал проводить тренировку, хотя выглядел свежим и отдохнувшим. Фиори привычно поднялась, за пару минут до рассвета. На мой вопрос, не мучили ли ее кошмары, она, помрачнев, мотнула головой, ясно давая понять, что не хочет говорить об этом.

Тем временем Сакар отправился к лодке, чтобы проверить щели и подготовить ее к плаванию. Оглядевшись по сторонам, я сбежал вслед за ним по крутому склону.

- Вчера мы не успели договорить, - поймав его настороженный взгляд, я постарался выглядеть радушнее.

- Всего два вопроса.

- И каков же первый? - потянул он на себя парусину, под которой была укрыта лодка.

- Куда направился тот путник?

- Через реку мы переправились вместе, - задумчиво навалился на борт Сакар. - А дальше, дальше он скорее всего двинулся на юг. К Новому тракту, там и затеряться проще и попутчиков найти.

- Хорошо, - вздохнул я спокойнее, убедившись, что иду по верному следу. - И теперь второй. Сколькими вы владеете?

- Все-таки подметил, - добродушно усмехнулся он.

Вот только его правая рука, словно невзначай, легла на весло. Как же, нашел простачка! - Один я вижу цвет, всего один — серый. Потому и в Гильдию меня не взяли, отмахнулись, мол, зачем им деревенщина бездарная.

- Бездарная, - ехидно повторил я, вспомнив, как хорошо чувствовал проводник отголоски в Подлинных цветах. По крайней мере, хорошо для Радужного. Да и для Мастера тоже. - Мне показалось совсем иначе.