Маг имперской экспедиции

Высокий дворянин в покрытой пятнами от пролитого вина рубашке подошел к белой черте. Созданная тем человеком волна воды смыла грязь с арены. Излишки воды он отправил в полет через окно.

Следующим бой должен быть моим. Я выцепил взглядом своего оппонента, который в компании друзей поедал черные конфеты. Местные прямо любители этого черного сахара. Не в первый раз замечаю, как люди охотно его поедают. Надеюсь оно не действует как допинг, а то будет немного не честно с его стороны.

- Константин Георгиевич Любомирский – столичный маг и недавний гость в нашем маленьком доме, - представила меня зрителям Лидия.

Я театрально поклонился публике. Телу этот жест оказался привычен, что позволило исполнить его с грациозностью актера на помосте театра. Зрители сдержанно похлопали мне.

- Василий Викторович Покровский – боевой офицер и старый товарищ нашего чемпиона.

Представлять бойцов она вообще не умела. Особенный комизм ситуации добавлял ее образ скандинавской воительницы.

Но она была хозяйкой этого ателье, из-за чего никто не пытался забрать у нее роль. Хотя бы заниматься этим, судя по довольному лицу, ей нравилось.

Нас жестом пригласили пройти за черту на полу. Только сейчас я заметил широкую лужу воды, что осталась после экстренной уборки поле боя. Мой противник ступил на ту сторону комнату и расплылся в гадкой ухмылке.

У меня перед глазами пронеслась сцена возле кабака.

У него тогда шли искры из рук. Его магической стихией было электричество. Учитывая, что мы стоим в одной огромной луже, дела мои выглядели не очень. Стоп, а почему воды становится как-будто бы больше?

Тот мужчина с магией воды стоял в компании друзей Покровского. Они сговорились между собой. Кричать и привлекать внимание я не буду. Вступлю в бой на его территории. Так моя победа будет в два раза слаще. Представляю полную боли гримасу на лице этого челкастого дворянина со сломанным моими стараниями носом и изнываю от предвкушения.

Вот только я понятия не имел, как ему противостоять. Пока Лидия тянулась копьем к камешку на белой черте, в моей голове вертелись один за одним планы на битву. Проклятая лужа была для меня как кость в горле, перечеркивая на корню все тактики борьбы с ним. Он был недосягаем для меня на таком расстоянии. Пущенный по воде ток тут же прервет мою атаку в зачатке.

Не знаю, что делать.