Маг имперской экспедиции

Твой?

- М-мой, - промычал парень.

- Так ты хотел меня убить все время!

- Нет, погоди, - сказал Кирсновский и повернулся к челмедведосвину, - свали в берлогу!

Химера с недовольным бурчанием скрылась в проходе, из которого вылезла.

- Я не хотел тебя убить, ты чего, Костя.

- Как объяснишь, что твой зверек следил за мной? И почему он напал?

- Да черт его знает. Пса переклинить могло. Я сам до конца не знаю, что у них на уме. Ты успокойся, Костя, не горячись!

Звучит неубедительно. Ничего не мешает ему свистнуть, когда я уберу катану в ножны.

Челмедосвин выбежит и порвет на куски своими лапами. Сомневаюсь, что меня мой самурайский меч спасет. Если выберусь отсюда живым, то ни на минуту больше не расстанусь с Кольтом Иствудом.

- Объяснись тогда, старый друг, почему он ходил ночью за мной? Да еще и с топором!

- Не знаю, Костя, честно. Пес обладал нюхом хорошим. Я отправлял его по городу, чтобы он выискивал и следил. Не за тобой, Костя.

И про театральные паузы он тут же забыл. Как же смешно лопочут люди, когда у их собеседника в руках что-то длинное и острое.

- А за кем?

- Знаешь, почему я жгу тут всюду лампы? Почему я на время смотрю? Почему я ушел с вечера, когда он считай только начался?

- Почему? – Спросил я, хотя его ответ был очевиден.

- Потому что в этом городе есть что-то черное. И оно охотится за мной. А эти лампы должны отгонять злых духов, как мне сказали в лавке у местных. Суеверия суевериями, а он сюда до сих пор не пришел.

Я медленно опустил катану. Кирсновский облегченно выдохнул.

Он погладил дрожащую девушку по пушистому загривку, отчего та успокоилась и вернулась к готовке пищи.

- Не знаю, почему он на тебя напал, - хмуро сказал парень, - может учуял чего-то не то.

У меня появилась догадка, что именно. В том мире я привык с собой в кармане штанов таскать всюду телефон. Потому у меня не вызвало никакого диссонанса наличие под рукой небольшой прямоугольной вещицы.

- Может это? – Сказал я, протягивая Кирсновскому табличку.

Он с интересом вертел кусок дерева в руках.

Почему-то надписей и рисунка оленьего черепа на ней больше не было. Быть может оно за все время стерлось или смылось. Чернила без лакового покрытия на дереве должны плохо держаться. Хотя может там магическая надпись и появляется она не всегда.

- Может и это, - пожал плечами парень, отдавая ее обратно, - а что это?

- Деревяшка, - относительно честно ответил я, - осталась после одной ночи на моей одежде. Не знаю, чья она.

Кирсновский еще раз пожал плечами.