Сказание об Оками 2

- И разрушительная техника, - добавил тощий Кагаяма Сора.

- Сора-сан. Вы переоцениваете ценность этого экзамена для нашей команды, - сказал ему сидящий напротив худого Фумито. - Нас поражение также вполне устраивает. Но Оками-сан ради мирной инициативы цучикаге-сана и хокаге-самы согласилась постараться. Вы же своим демаршем чуть было не разрушили их планы. Так надо ли усугублять?

- Никакого демарша, - немного поспешно поднял руки в примирительном жесте представитель клана сантехников. - Просто небольшая дипломатическая уловка, которая обеспечила нам сильную позицию на переговорах.

- Значит мы договорились? - спросила уже я. - Клятвы и извинения с моей стороны, как только вы сдадитесь.

- Клятвы и извинения прямо сейчас. Наши кланы всегда выполняют взятые обязательства, а верить на слово той, кто замарал себя дезертирством мы не можем.

Уел. Не то, чтобы я собиралась нарушать слово, но могла бы подойти к тем же извинениям очень формально, и принести их в духе “Простите, что вы тут все такие придурки, что терпеть вас не смогла”.

Хотя, наверное, не стала бы так косячить. Вот узнают про мои слова Ито или Джун, им неприятно ведь будет. А однорукого я все еще из друзей не убрала, хоть он от меня и бегает.

- Минуту внимания, - я встала и подняла руку, привлекая взгляды со всех сторон. - Несколько лет назад я увлеклась погоней за нукенином Водопада и в результате вышло так, что я покинула деревню и академию. Приношу свои извинения всем сенсеям, своему куратору Ито-сану и лично цучикаге Ооноки-саме.

Мне следовало быть осторожнее и оставаться на месте, - и поклон. Все важные торжественные слова ничего не стоят без поклона. Клановые генины Ивы прямо расцвели, приятно им на душе от того, что они меня прогнули. - В знак признания своей вины, я даю обещание не убивать никого из генинов Ивагакуре в ходе этого экзамена на звание чунина, - продолжила я. - И я бессрочно обещаю, что ни один из шиноби Скрытого Камня не умрет от моей руки, если только не предоставит мне веский повод, то есть не будет проявлять агрессию первым. Ко мне или к тем, кто под моей защитой. Джонин Хамада, будьте свидетелем сказанных слов.

Хамада не удержала лицо и скорчила кислую мину. Она-то, небось, ожидала что получит персональные извинения. А то, что я ее уважительного суффикса “сан” лишила, так и вовсе для сутулой рыбины большая потеря лица. Так ей и надо! Вот не удивлюсь, если это она тридцать первую команду нам подгадить науськивала.