Сказание об Оками 2

А вон как, одна единственная тренировка и всё, что с таким трудом нарабатывала, уходит на сторону.

Ну и пошло поехало. Учиха мне, конечно, поддавался, позволяя продемонстрировать все особенности стиля. Не знаю, какое у него звание, но по субъективному впечатлению в рукопашке мужчина ни разу не профан, сечет фишку и с физухой у него все в порядке, несмотря на внешнюю худобу.

Присоединилось еще несколько зрителей. Второй АНБУ, но не в маске животного, а в овальной, безликой, снова напомнившей о деде-клоне с Узушио. Стоял, не скрываясь, в сторонке и внимательно смотрел.

Мне почему-то показалось что больше за Рью, чем за мной. Тот тоже под колпаком, но уже у особенных АНБУ?

Местные школьники подтянулись, став моими болельщиками. За маленьких топить ведь интереснее. Когда большой дядя ребенка мутузит, это воспринимается гадко, а если наоборот, то уже по-разному. С юмором, воодушевлением, иногда и с гордостью.

- А технику разрушения деревень я сегодня не покажу. Все таки тут дети, - закончила я тренировку, когда мой визави погасил подсветку.

Кажись, резервы чакры исчерпал, бедолага.

Подход у меня лаконичный, больше философия “бей первой”, чем набор движений и связок, но всё за отведенный час я показать не смогла. Договорились продолжить завтра на том же месте, в тот же час.

Среди всех собравшихся понаблюдать за триумфальными поддавками обнаружилась интересная пара старичков. Ну не прям стариков, хорошо за пятьдесят, но меньше шестидесяти. Невысокий мужчина, бородка клинышком, татухи-линии в уголках глаз, пышные полуседые волосы.

И его ровесница, собравшая волосы в пучок на затылке. Что за старушенция я без понятия, но не узнать сандайме хокаге мог бы лишь тот, что ни разу кухней шиноби не интересуется.

- Сарутоби-сама, - не пожалела для великого шиноби поклона и вежливости, когда подошла. - Можно ваш автограф?

- Позвольте представить, - засуетился братик Фумито, он прям замадражировал от того, с кем тут столкнулся. - Это сандайме хокаге Сарутоби Хирузен-сама и Кохару Утатане-сама.

А это Умино Оками, гостья Конохагакуре.

- Для чего тебе мой автограф, Умино-тян? - голос у третьего хокаге с хрипотцой, я бы сказала прокуренный. Но тон доброжелательный, и страшным дед ни разу не выглядит, нет того ощущения мощи, что исходила от Ооноки-самы. Понятно, кто Минато его имидж рубахи-парня помогал создавать. И понятно, у кого действующий хокаге стиль беседы, основанный на вопросах, перенял.

- Да так, просто. Вы против моего кумира наверняка сражались.