Наруто: Сошедшие с небес (Заморожен)

Первая атака сменилась второй: из земли вырвались сотни и сотни каменных шипов, создав лес-кольев; каждый из них имел по несколько бумажек – взрывных печатей, – кои взрывались по воле Сарутоби; и воля девушки была направлена на то, чтобы стереть из этого мира все дьявольское отродье. И главного из них эта учесть тоже не обошла стороной. Как только лес из кольев окружил бушующее пламя – а часть и вовсе возникла прямо в огне, – они тут же взлетели на воздух, подняв такой силы взрыв, который затмевал все прочее до этого.

Пытаясь прокашляться, Фууму прохрипел:

– Опять перестаралась.

Справа от него послышался еще один кашель, владелец которого был ему знаком.

– Он мертв? – с надежой промолвил Кью, отмахиваясь от пыли и гари, которые то и дело пытались проникнуть в его легкие и глаза.

Пыль стала понемногу оседать, давая возможность для лучшего обзора. Капитан, глядя вперед, предостерег:

– Не торопись, – он прищурился, но и сам украдкой надеялся на успех.

Звуки сражения стихли. Казалось, будто весь мир замер в ожидании некой кульминации.

Подул ветер с северной стороны, и пламя закружилось в смертельном танго. Его языки стали вздыматься к луне, словно на колдовском наречье заговаривая с чем-то потусторонним. «Апокалипсис наступил! Апокалипсис пришел!» – такое создавалось впечатление от наблюдения за этим живым изображением. Но. Для каждого хорошего конца света, нужен своей дирижер, свой Сатана.

Прозвучал скрипучий, хладный, пробивающий до костей смех, который залил собой всю поляну, а музыкой его было играющее пламя. В свете огня показался черный силуэт, который с каждой секундой увеличивался в размерах и становился все четче, но в то же время иллюзорнее.

Из Адских врат выступил лик, чей взгляд повергал не хуже любого клинка. «Он вернулся! Отец человечества вновь вернулся в этот мир из забвения! Как он делал это всегда» – кому-то помыслилось этим вечером.

– Нет... невозможно... – прошептал эскулап, у которого тряслись руки.

Капитан не мог позволить себе поддаться панике, но глубоко в душе Фууму разделял чувства своего подчиненного. И это чувство стало нарастать все сильнее и сильнее, вскоре поставив на колени даже разум мужчины. Демон ни то, что уцелел после такой атаки, но и выглядел так, будто вовсе не заметил их «жалкие потуги». Им не победить его. Вот о чем пытался сказать Нинда. Надо отступать...