Купец II ранга

— Что до последнего, то восемьдесят процентов попадающих к нам форточников так или иначе служили.

— Да, но раньше бо́льшая их часть до нас не доходила, — вмешался граф Назыров. — И наша аналитика зависела от отчетов дворянских родов. Сейчас мы можем с уверенностью сказать, что предположения о повышенной милитаризации соседних миров подтвердились.

— Есть ли какой-нибудь практический толк из этого, кха-кха, наблюдения?

— Конечно! — тут же отреагировал граф, — Полученные данные позволят скорректировать курс подготовки! Мы можем убрать базовую воинскую подготовку и сконцентрироваться на прикладных навыках, которые пригодятся во время закрытия Проколов.

— Отлично! — обрадовался Михайлов. — Тогда начинайте ускоренную подготовку. Нам нужны закрытые Проколы! На сегодняшний день в тундре находятся свыше тысячи незакрытых Проколов. Хуже того, сегодня мне поступил рапорт о трансформации редкого Прокола в уникальный!

— Нам нужно больше высокоранговых послушников, — поморщился Камнев.

— Но проблема в том, что количество обычных и необычных Проколов, которые доступны для закрытия, падает.

— Что значит доступные? — переспросил князь.

— Все, кроме элиток, — хмуро бросил Камнев. — Согласно уставу Храма, новикам запрещено закрывать элитки без соответствующего сопровождения.

— Они справятся без сопровождения? — уточнил князь.

— В теории да, но…

— Никаких «но», — отмахнулся князь. — Граф, — он посмотрел на своего заместителя по учебной части. — Немедленно убрать этот пункт из устава!

— При всем уважении, князь, я категорически против, — нахмурился Назыров.

— Я уже пошел у вас на поводу и согласился на отправку пяти новиков. Мы все в курсе, чем это закончилось.

— Они одаренные, граф! — напомнил Михайлов. — Риск был минимален!

— И тем не менее, у нас один погибший. А точнее два, — парировал Назыров. — Что до новеньких, они и вовсе без-дарны!

— Значит будут закрывать Проколы со своими старшими товарищами! — рассердился князь. — Майор, это возможно?

То, что князь обратился к Камневу не по титулу, а по званию, свидетельствовало о высшей степени его раздражения.

— В теории да, но…

— Решено! — отрезал князь. — Граф?

— Я не согласен, князь.

Михайлов прикрыл глаза и сделал несколько вдохов-выдохов.

Это на Крысина он мог орать без стеснения. Да и Камневу, как младшему по званию, по статусу, да еще и должнику, он мог высказать все, что думает. С графом так говорить было нельзя.