Остров лишних

И лекарь — тоже есть, только он оперировать не сможет, и вообще того гляди подохнет. Но подсказать что-нибудь — подскажет, как без этого. И да, позвольте своё почтение выразить! Вы реально отбитые отморозки! Не думал, что мы тут таких встретим!

— А… спасибо за похвалу, — дипломатично ответил Лопатин. Он-то себя ни отбитым, ни отморозком не считал, и был изрядно удивлён таким восторгам. — И предложением воспользуюсь с удовольствием.

— Ну, пошли тогда, или Ори позвать? Понравилось на нём ездить?

— Нет-нет, я сам! — поспешно отказался Лопатин.

Пользоваться услугами орка ему больше не хотелось.

С помощью дяди Саши поднялись по сходням на корабль. Посмотреть бы по сторонам, но на Влада опять накатила дурнота, и он поспешил в лазарет. Лекарь обнаружился там же, на кушетке. Тоже орк. Он был туго перебинтован, и на спине сквозь повязки проступала кровь.

— Вот, Леннарт, я тут тебе пациента привёл, — сказал гоблин. — Поможешь?

— Тришка, ты дурак? Я шевелиться не могу, как я ему помогу?

— Да ты только посоветуй! И инструмент им какой дай! Эти чилавеги, нас, считай, всех спасли.

Между прочим, если б не они, нас бы просто массой задавили. Светлорождённые, суки, команду спустили. А так у нас все живы и есть шанс отсюда свалить. Ну, почти все, про тебя-то, я так понимаю, непонятно.

— Спасибо, Тришка, ты охренеть какой деликатный! — ответил орк. Тришка недоумённо уставился на раненого. Похоже, не совсем понял, в чём его обвиняют. — Ладно, люди. Вон, в том шкафу набор хирургических инструментов.

Вы хоть знаете, что такое хирургические инструменты?

Влад тяжко вздохнул. Он как-то не ожидал, что лекарь сам будет при смерти. Требовать от бедного орка, чтобы тот ещё как-то помогал, было очень неловко. Да и вообще всё было как-то паршиво. Лопатин почему-то думал, что дядя Саша окажет ему ответную услугу, и возьмётся ковыряться в руке сам, однако тот отказался. Причём «отказался» — это слабо сказано. После просьбы Лопатина сосед даже отскочил и руки за спину спрятал:

— Ты чо! Я ж не умею! Я вообще боюсь! Не-не-не, Владик, ты меня прости, но я такого всю жизнь боялся! Не справлюсь я!

И такой у него был несчастный и испуганный вид, что Лопатин даже настаивать не стал.

Ясно было — не возьмётся.

— Не боись, человек, — прошептал с койки Леннарт. — Местный обезбол у нас хороший, ты даже ничего не почуешь. Будешь ковыряться как в куске свинины, никаких сложностей.

Так дальше и пошло.