Гротенберг. Песнь старого города

Воды она либо опасалась, либо потеряв ориентацию в пространстве, не могла найти. Зато кровь чуяла.

«Госпожа» потеряла всякую схожесть с человеческой природой. Теперь – это был зверь, исходящий от бешенства зверь. Тряпьё на нём истлело, обнажая тощее, обтянутое палёной, всё ещё дымящейся шкурой тело. Миазмы вони, источаемые ей, душили не хуже болотного газа. И отмечая, как тварь поднимается на четвереньки, Сегель понял, что искать оружие некогда. Наёмник отпрыгнул, позволяя твари приземлиться ровно туда, где он мгновенье назад был сам, и, выхватив клинок, подаренный Пустым, стиснул его обеими руками.

Он чувствовал, как внутри клинка пульсировала какая-то энергия, но понятия не имел, как её использовать, и может ли он использовать её вообще? Как запасной вариант оставалась ещё пистоль, только надежды на её эффективность не было. Если не удалось сильно навредить мечом, то поможет ли пуля?

Сегель развернулся, соизмеряя длину прыжка монстра, силы к которому возвращались с невозможной скоростью.

Как только враг взвился в воздух, ринулся навстречу. Клинок Пустого попал точно в то место, где должно было находиться сердце, ведь, как учили священники, именно там обитает и душа.

Показалось, что само время на мгновение застыло. Застыл и Сегель, и «госпожа», выгнувшись от оттока переполнявшей её тело силы, как перетянутая струна, сминающая дуги лука. Яркий луч, ударивший в небо, расколол, казалось, пространство – мир жадно присосавшись к этому источнику стал жадно впитывать в себя источаемую энергию.

Сколько длилось это действо – никто из людей не видел. Не заметил этого и Сегель. Для него всё продолжилось только тогда, когда безвольной куклой с клинка соскользнуло тело «госпожи», возомнившей себя равной божествам. Он даже не подозревал о том, что всё уже кончено. И, воспользовавшись моментом, мужчина, перехватив удобнее освободившееся оружие, отсёк голову монстру, окончательно и бесповоротно лишая его возрождения.

Она покатилась по мостовой, а от того, насколько легко лезвие прошло через плоть, Сегель повалился кубарем на землю, тяжело дыша. Быстро перевернулся со спины на четвереньки, и замер всего на пару секунд. Рука монстра дёрнулась — клинок обрушился на грудную клетку. Раз, два, три,бил и бил, пока последние признаки жизни, как ему казалось, не покинули сущность. Он откатился назад, вытаскивая клинок, но всё ещё смотрел на то, что было когда-то женщиной.