Гротенберг. Песнь старого города

Асари покачал головой, но ничего не ответил, а махнул рукой подавальщице.

— Дорогуша, можно нам медовой по кружечке! — Его тон голоса на мгновение показался наёмнику другим. — А ещё, что у вас из утреннего рациона сегодня?

— Не нужно так кричать на весь зал. — Проворчала женщина, подмышкой держащая пустой поднос. — Мясное рагу, тушёная рыба с овощами, похлёбка, и вот недавно привезли свежий хлеб из булошной. Если у вас есть время и деньги, можете глянуть в список, и получить чего посытнее.

Асари бросил мельком взгляд на Сегеля, а потом хмыкнул.

— Рыбу, и пивка тогда мне давай, а ты чего будешь? — Он взглянул снова на попутчика. Сегель хмыкнул под нос, что ему так-то без разницы, что его живот тут же подтвердил тихим гулом.

— Рагу, и, наверное, бренди.

— Не крепко ли с утра? — Усмехнулся Асари, хитро улыбаясь. Улыбка, казалось, была неотъемлемой частью его образа.

— В самый раз, чтобы в голову не лезла всякая дурь. — Отмахнулся мужчина, и глянул в окно, складывая руки. Они обменялись ещё парой фраз, и после выложили деньги за обед.

Женщина удалилась в сторону стойки, а потом скрылась за неприметной дверью в глубине трактира.

— «Чтобы в голову не лезла дурь» — медленно повторил Асари, уже без улыбки, выдавил усмешку, — интересная мысль. Я запомню.

Сегель снова посмотрел на него. Он сидел, вольготно развалившись на стуле, и нетерпеливо перебирал пальцами по столу. Кажется, он о чём-то размышлял, и сейчас его разум находился далеко от этого места.

Основными посетителями этой таверны, как и ожидалось, были рабочие с фабрик.

Они негромко о чём-то беседовали друг с другом, похоже, делясь опасениями по поводу прошлой ночи, и обстановки в целом. Кто-то выражал сомнения по поводу действий ордена, кто-то вспоминал то, как они защищали город, когда только появились первые обращённые. Что тогда «орден Литании действительно беспокоился о сохранности жителей, а не подчинялся идеалистичной твари». Зал был заполнен наполовину, и оттого, похоже, всё было спокойнее. Как оказалось, недавно прошла делегация короля по улицам — всего пару ночей назад, но из замка никто так и не вышел. Снова.

— Как думаешь, — наконец проговорил Асари, всё также смотря в пространство, — почему Мэйнард только сейчас решила покинуть дворец и выступить перед людьми?

— О чём ты?

— Ты не знаешь? Вчера вечером проклятая герцогиня отправила глашатаев по городу, а сама вышла на площадь, и объявила, что празднество божеств будет проведено так, как положено, несмотря на чуму.