"Выход"

Чувствуя жар, большинство поспешило отойти от погребального кострища и лишь бывалые воины, выполняя какой-то приказ Амихаша, устремились вперед, неся с собой какие-то огромные бурдюки. Обойдя костер, они принялись чем-то щедро обливать деревья и землю, расходясь цепью и углубляясь в лес. И лишь когда меня наконец-то осенило пониманием того, что они льют масло… я осознал что этот проклятый безумец решил организовать направленный пал и выжечь весь лес в направлении неизведанных земель.

— Стоять! — крепко прихватив за плечи, остановил меня стоявший все последнее время позади Амихаш.

Он явно предвидел мою реакцию и решил проконтролировать ситуацию, чтобы один недовоин ничего не испортил — Слишком долго соображал. Сейчас уже ничего не успеешь сделать и только сгоришь как бестолковый дурак. Так что расслабься и просто наблюдай за гибелью твоего ненаглядного леса — не скрывая веселья и издевки в своем голосе, прошептал мне на ухо этот ненормальный, а через несколько мгновений… размер костра резко увеличился, перескакивая на ближайшие деревья и стремительно ширясь с каждым новым мгновением.

— Зачем! Вы же убьете весь лес! Сгорят все большие деревья и молодая поросль. Сгорят все травы и звери. Сгорят птицы и…

— А вместе с ними и все недостаточно прыткие монстры. А когда они вернутся им больше не где будет прятаться и оставшиеся в деревне люди смогут заметить движение издалека. И если мы когда-нибудь решимся вернуться обратно, к тому времени уже начнет расти новый лес, сильнее и красивее прежнего.

Так что прекрати беспокоиться о всякой бесполезной сейчас ерунде. И лучше думай как будешь защищать свою семью. Как по мне, ты до сих пор непростительно слаб. Мог бы за время атаки жнецов успеть заполучить два или даже три ранга, но вместо этого плелся позади всех и изредка кидался своими топорами. Безголовый слабак!

— Я не воин и не твой подчиненный, поэтому эти оскорбления меня нисколько не трогают. Это ты жаждешь сражений, а мне все это не интересно. Сейчас я куда сильнее беспокоюсь за лес, который приказал поджечь один ненормальный безумец.

— И это печалит сильнее всего — выслушав меня, недовольно проворчал Амихаш, а затем, помолчав несколько мгновений, резко прокрутился на месте и швырнул меня, словно мелкого щенка, в сторону деревни. Я конечно попытался хоть что-нибудь сделать, но успел за время полета лишь пару раз дернуться, а затем довольно болезненно прокатился по земле, будто бы считая своими ребрами все имевшиеся по пути корни и камни.