Аристократ по праву сильного

Подбегая, я наконец разобрал слова их песни:

— Daemon surge! Daemon surge!

Что они там, демонов что-ли вызывают?!

При моем приближении четверо в мантиях выхватили из костра раскаленные мечи, светящиеся синим пламенем и двинулись мне наперерез, прикрывая тех, кто положил друг другу руки на плечи и продолжили вызывать какого-то демона.

Я бросился вперед, ментальным усилием увеличивая длину огненного клинка, создавая из кинжала меч. Колдуны ринулись мне навстречу, но они не были бойцами, да и я был быстрее. Мой меч рассек воздух заставив отшатнуться двоих противников.

Оставляя за собой огненный след, клинок вонзился в грудь одного из культистов. Из-под капюшона на меня посмотрели удивлённые глаза. Он будто не верил что нечто подобное может с ним произойти.

— Я же служил, — просипел он, а в следующий миг, полы его балахона вдруг взметнулись в разные стороны, будто он взорвался. Дальше последовала ослепительно яркая вспышка и культист исчез, осыпаясь пеплом.

Я даже застыл на миг. Из чего же он сделан? Чего это он так распался? Из-за моего огненного меча? Что же за жути такой научил меня Саламандров?

Я поглядел на свою руку.

Колбасу таким клинком лучше не резать, сгорит вся.

Другие культисты тоже застыли, глядя на то, что осталось от их товарища.

Пользуясь заминкой, я обернулся на долю секунды. Саламандров теснил главного колдуна своими огненными змейками. Ну и ладно, аристократ при деле, а моя спина в безопасности.

В этот момент, один из психов пришёл в себя и бросился на меня с протяжным воем.

В его руке сверкал синий клинок, явно магический.

Я двигался быстро, как тень, уворачиваясь от сверкающих синих вспышек. К слову у демонопоклонников у всех были подобные клинки. Я то и дело парировал и выпады своим клинком, и наносил быстрые удары в ответ. Каждый раз, когда мой меч касался плоти колдуна, та вспыхивала и оседала пеплом на грязный пол. Да что же это?! Я так любого испепелить смогу?! Даже представить боюсь что при этом чувствовали культисты. По крайней мере, сражались они не издавая звуков.

В пещере вообще было зловеще тихо, если не брать в расчёт голоса колдунов, что сливались в зловещий хор. Часть из них продолжили петь свои мантры, остальные читали заклинания. Я вдруг заметил, что тьма вокруг алтаря сгущалась. Не знаю, что это означает, но мне такие спецэффекты не нравятся.

— Игорь Петрович, — позвал я. — На алтаре что-то нехорошее.

Аристократ на меня никак не отреагировал. Зато культисты активизировались.