История бастарда. Имперский ястреб

 

К вечеру болотистая местность плавно перешла в сухую равнину, покрытую седыми метелками какой-то пушистой травы. Солдаты дружно прибавили шаг, предвкушая отдых в приграничном городке. 

— Смотри, лейтенант, вот она, Негани! — сказал Зарайя, глядя на расстилавшийся впереди город с такой гордостью, будто сам его построил. Впрочем, я капрала понимал: тоже был рад попасть туда, где можно поесть чего-нибудь повкуснее сухарей, и отдохнуть, не подскакивая при каждом шорохе. Хотя… о крепком сне на ближайшее время мне следовало забыть.

 

Часть 5

*** 

— Ты заставляешь меня сожалеть о сделанном когда-то выборе. 

— Но, мой господин…

— Почему, задери тебя Варрнавуш, ты не выполнил мое приказание? 

— Я пытался, господин! Я атаковал его Тенью посмертия. Но бастард владеет темной магией. Он отразил мое заклятие. Больше у меня пока не было возможности разделаться с ним. 

— Я предупреждал тебя: никогда не ври мне? 

— Но я не вру, мой господин, клянусь своей душой! 

— Твоя душа представляет ценность лишь для демонов мрака.

Вот они будут за нее драться. Мальчик не может быть темным магом, откуда у него взяться таким познаниям? Тех, кто мог бы стать его наставником, можно перечесть по пальцам. Но такого ученика ни у кого из них не было. 

— Быть может, он самоучка? 

— Для того чтобы создать контрзаклятие против Тени посмертия, нужно вступить в союз с демоном. Какой самоучка в состоянии это сделать?

— Но он сумел! 

— Ничего не хочу больше слышать.

У тебя есть десять дней. Видишь, насколько я щедр? Возможно, за это время до него все же сумеет добраться астральный паразит. Мне неинтересно, как именно, но к концу срока мальчик должен умереть. 

— Да, мой господин! 

***      

Негани оказалась небольшим городком, бестолково расположенным на плоской равнине. Здесь не было никакого намека на улицы, дома стояли, как Луг на душу положит. Здания, построенные в имперском духе,  принадлежавшие колонистам, перемежались с жилищами местных жителей, похожими на большие шатры из плотной ткани.

 

Эти самые жители отличались от виденных мною в джунглях дикарей. Мужчины, все как один, были горбоносыми, бородатыми, с резкими чертами лица. Они носили просторные белые одеяния, почти достигавшие земли. На головах возвышались странные головные уборы, сделанные из большого куска хитро намотанной во много слоев ткани.