Бастард Императора

Копьё ударяется о щит из тёмной энергии и рассыпается.

— Не верь ей! — кричит Вадим. — Она ранила Лену! Прошу, убей её!

Надо же, даже просит. Ну, что поделать, желание товарища — закон. Только вот не я должен решать её судьбу. Топаю ногой и девушку снизу вверх пронзает молния. Её бьёт в конвульсиях какое-то время, и она тут же заваливается набок.

— Я её не убил, всего лишь вывел из строй на время. И да, ей было больно. Сам решишь её судьбу, — бросаю Вадиму, а сам оборачиваюсь на Архипа, тот старательно бежал к верёвке у стены.

Шаг и я стою перед ним.

Архип пытается что-то сказать, но у него ничего не получается, тогда он замахивается на меня клинком, и я резко бью его, на этот раз с колена, в живот. Его вновь отбрасывает, но на этот раз он харкает на пол кровью.

Шаг и я стою перед ним.

— Ты покусился на святое — честь девушки, — говорю спокойно, чтобы до него точно дошло. — По праву сильнейшего в данном месте я выношу тебе приговор — смерть. Но для тебя это будет слишком лёгким наказанием.

В его глазах нет даже мольбы о пощаде, только страх перед неизведанным. Всё это время он считал себя таким самоуверенным, потому что и не думал о том, что найдётся кто-то настолько сильный в данном месте.

Желания марать руки о него нет, но он должен пострадать перед смертью, а что может быть страшнее тёмной энергии? Создаю змейку из молнии и добавляю в неё каплю тёмной энергии, а затем, подняв руку, отпускаю её в свободное падение на Архипа.

Мгновение и он кричит от дикой боли, потому что змея выжигает ему все внутренние энергетические каналы, но не убивает.

Глава 19 По заслугам.

Всё кончено. Мне бы радоваться, но в груди нарастало какое-то неспокойное чувство. Что это? Совесть? Нет, здесь что-то другое, что-то из вне. Что-то очень знакомое, но не могу понять что.

Зудящее ощущение, не дающее покоя. Такое бывает, когда кажется будто забыл что-то важное, но не помнишь что.

Подошел к Лене, проверил её самочувствие.

Глаза Вадима были почти закрыты, но он явно не хотел отключаться.

— Поспи, — произнёс я, подходя ближе. — Сон, лучшее лекарство. Я со всем разобрался, и обо всех позабочусь.

— Спас… — он не договорил и всё же уснул.

Судя по всему, их отравили чем-то усыпляющим. Я обошёл всех оставшихся в живых, а было их не так уж и много.