Закованный: Лёд и Пепел

Развязать руки он не мог, верёвка была затянута так туго, как это только было возможно, да и не учили его узлы распутывать. Начертить руну вслепую он не мог, да и не знал он рун, которые могли бы спасти его.

– Думаешь, как сбежать? – спросил Каим, усевшись на белый пол и начав пристально смотреть Ингварду в глаза, и продолжил говорить: – в присутствии Хранителя Орудия Героя ты более не имеешь защиты от нас, а вместе с тем твоя метка не может использовать благословление. А даже если бы могла, то Алтарь Героев всегда охраняем Паладинами, и попав туда, ты попал бы лишь в очередную западню.

Верёвки прочные, и даже если ты попытаешься вырваться, сломав себе руки, то это не удастся – очень туго затянуты. Да и исцеляя тебя я израсходовал все ресурсы твоего организма, что означает твою невозможность сражаться или же убегать...Встав на ноги, Каим подошёл к эльфу, которого он считал своим врагом ещё с самого начала: – Это твой конец… Ушастый.

Страх, отчаяние, гнев… Ингвард испытал все эти эмоции, в то время как демон рассказывал о его единственных вариантах побега.

Не оставалось и шанса, он был прав – это конец. Он не предупредил Эрину, а значит, даже минимальный шанс спасения сходил к нулю. Всё, что оставалось Ингварду – принять своё бессилие. 

Лишь в этот момент, когда он полностью осознал то, насколько он беспомощен в этой ситуации, тело пронзила резкая боль. Левая рука вновь полыхала, и поток воспоминаний подобно раскаленному стержню проходил сквозь позвоночник, проявляясь в сознании… Пытки, пытки, пытки, самые ужасные моменты беспомощности всплывали в разуме один за другим, а вместе с ними приходили и воспоминания о том, что же такое настоящая боль.

Не в силах сопротивляться фантомным болям, Ингвард начал кричать, и этот крик, эхом отражаясь от белых стен ярко освещенного помещения, доходил до самых дальних уголков Церкви Офлоя.

Он помнил свои мольбы о том, чтобы его убили. 

Он вспомнил то, с каким удовольствием маг показывал ученице, куда нужно колоть, чтобы боль была невыносима.

 

Он вспоминал, как он завидовал другим эльфам, которым посчастливилось быть неудачными попытками и умереть быстро. 

Вспоминал, как день за днём его исцеляли и резали, исцеляли и вливали в тело энергию, исцеляли и поили неизвестными веществами. 

Вспоминал, как тело покрывалось сияющими разными цветами венами, которые лопались, а кровь из этих вен оставляла обожжённые следы на камнях темницы.